- Но сперва русское сопротивление должно стать организованной силой, - предупреждающе поднял указательный палец глава правительства. - У нас есть огромный, бесценный опыт по ведению партизанской войны. Наш народ сбросил ярмо японской оккупации, избежал оккупации американской - и русской, что было вероятно в какой-то момент. Из рыхлой людской массы наши деды и отцы создали армию, и теперь мы должны помочь в этом самим русским. Генерал Байши, - взгляд Председателя впился в начальника Третьего департамента Генерального штаба. - Генерал, Политбюро поручает вам миссию в России. наша агентура вышла на нескольких человек, могущих претендовать на роль лидеров русского сопротивления, вы должны встретиться с ними, договориться о взаимодействии.
- Товарищ Председатель, смею напомнить, что я - специалист по технической разведке, к диверсионной деятельности я не имею никакого отношения, это не моя сфера деятельности.
Чжоу Байши был готов выполнить любое задание партии и правительства, воспитанный в духе такой готовности с детства. Но сейчас он понимал, что так, как это сделает специалист, он сам полученный приказ исполнить не сможет, будучи в таких вопросах дилетантом, если говорить прямо.
- Вы и будете решать технические вопросы! Определитесь с тем, что и в каком количестве нужно русским, обговорите способы обмена разведывательной информацией, кроме того, рассмотрите возможность переправки в Россию наших специалистов по разведке, ваших людей, генерал. Радары и спутники - это замечательно, но порой стоит посмотреть на врага в упор, невооруженным глазом. Чем ближе мы будем к противнику, тем больше узнаем о нем - и тем большим сможем поделиться с русскими.
- Товарищ Председатель, я готов немедленно отправляться в Россию, если вы прикажете!
- Так и будет, - кивнул немолодой человек в очках в простой оправе, скромном костюме служащего и со стальным блеском в блеклых старческих глазах. - Наши разведчики, нелегально действующие в России, встретят вас и сведут с нужными людьми. Вы поможете русским создать настоящую армию, тайную армию, которая должна быть готова выдворить с их земли американцев. Но сперва мы попробуем сделать это бескровно, используя существующие механизмы международного права. То, что сделали Соединенные Штаты, вторгнувшись в Россию - преступление, и мы заставим вспомнить об этом весь мир. Мы потребуем созыва Генеральной Ассамблеи ООН в самое ближайшее время, и там будем настаивать на выводе американских войск из России. В этом мы не будем одиноки - усиление Америки, и без того могущественной свыше всяких пределов, не нужно никому, даже тем, кто считается верными союзниками Вашингтона. И если на Капитолийском холме не прислушаются к мнению международного сообщества, тогда придет черед действовать для вас и ваших новых друзей в России!
Председатель КНР был прагматиком и мыслил сугубо рационально. А еще он был патриотом своей страны и понимал, возможно, больше чем кто-либо другой, как важно владеть ресурсами сейчас. А ресурсы, пусть не безграничные, были совсем близко, в России, и в какой-то момент перестали быть чьей-либо собственностью. Сами русские уже не владели своей землей, но и американцы еще не укрепились на чужой территории настолько, чтобы распоряжаться там, как у себя дома. Пока не поздно, американцев можно попросить уйти из России по-хорошему, без лишних жертв, благо принесено их было уже немало. Ну а если они откажутся, еще не созданная партизанская армия перейдет в наступление, и земля загорится под ногами у оккупантов, и тем все равно уйдут, смытые волной собственной крови.
Секретное совещание в Пекине завершилось, оставив всех, кто участвовал в нем, еще более уверенными в правильности принятого решения. И никто еще не знал, что в точности такое же совещание, внеочередное и секретное, происходило в те самые минуты совсем близко, в Токио. Китайская народная республика ежегодно ввозила из-за рубежа чуть менее половины потребляемой нефти. Зависимость Японии от импорта энергоносителей была стопроцентной.
Члены японского правительства прибыли минута в минуту, с точностью швейцарских часов. Вежливо приветствуя друг друга, рассаживались за длинным столом, негромко переговаривались с соседями. Появился премьер-министр, но открывать заседание не спешил. К удивлению многих, глава правительства занял не свое законное место во главе стола, а рядом с коллегами, словно сегодня, именно в этот день и час не хотел хоть чем-то выделяться из толпы.