Эти люди, красовавшиеся дорогими костюмами, напоказ выставлявшие золотые "Ролексы", с наслаждением щелкавшие штучными "Паркерами", прежде, чем подписать даже саму малозначительную бумажку, считали себя хозяевами всего, в том числе и самого Говарда - и не знали, что сами зачастую оказываются марионетками в его руках.
- Нам требуется уже сейчас не менее миллиарда, а все строительство, включая и новый терминал где-нибудь на побережье Кольского полуострова, обойдется порядка в три миллиарда долларов.
- Это серьезный запрос!
- Это лишь два процента от стоимости ежегодного импорта нефти в Штаты, - уверенно возразил Говард, готовившийся к подобному спору. - Эти расходы окупятся в течение двух-трех лет с момента ввода в строй нового нефтепровода, а если не экономить сейчас, это событие наступит уже через год-полтора. В России полно рабочих рук, есть высококлассные специалисты, готовые работать на нас день и ночь без перерыва за мизерную плату. Главная статья рассчитанной сметы - безопасность. Необходимо приложить максимум усилий, чтобы защитить строительство от вылазок русских экстремистов. А для этого потребуется и поддержка военных, не помешают и вложения в русские силы безопасности, которые только формируются сейчас, и не обладают должным уровнем подготовки.
- К черту русских с их проблемами! Пусть сами наводят у себя порядок. Мы не будем думать и действовать за тех, кто сидит в Белом Доме. Вкладываться в Россию - пускать деньги на ветер.
На холеных лицах акционеров мелькали презрительные ухмылки. Русские варвары пусть делают, что хотят, здесь и сейчас не было места благотворительности. Но главное решение было принято:
- Мистер Говард, мы даем принципиальное согласие на ваше предложение. Этот проект представляет немалый интерес, мы готовы выделить дополнительные средства, направив их только и исключительно на строительство "Полярного экспресса" и создание соответствующей инфраструктуры. Но мы хотим быть уверены, что эти расходы окупятся. Кажется, вы уже бывали в России, и знакомы с владельцами русских нефтяных компаний? Вы знаете эту страну, этих людей, и потому именно вас мы назначаем куратором проекта. Отправляйтесь в Россию, Рональд, немедленно, и проследите, чтобы ваш замысел был реализован в скорейшие сроки.
Покинув собрание, оказавшись вдалеке от посторонних взглядов, Рональд Говарид шумно выдохнул, торопливо сорвав с себя пиджак, и прямо из горлышка принялся глотать ледяную минералку. Холодный поток, захлестывая нутро, принес долгожданное облегчение.
- Получилось, - прошептал Говард, чувствуя, как против собственной воли расплывается в довольной улыбке. - Черт возьми, получилось!
- Сэр? Простите, сэр!
Говард, вздрогнув, обернулся - это давешний клерк стоял на пороге, подумав, видимо, что его босс рехнулся, раз говорит сам с собой, да еще скалится в безумной ухмылке, но еще не решив, что со всем этим делать.
- Мистер Говард, сэр, все в порядке?
- Да, черт возьми! Все в полном, абсолютном, совершенном, превосходном, мать его, порядке!
Клерк открыл рот, что-то хотел сказать, наверное, но будто забыл слова, лишившись от такого ответа дара речи. Хотелось кричать от восторга, хохотать во весь голос, швырнуть в стену почти опустевшую бутылку с минералкой - настоящее стекло, а не дешевый пластик - вдребезги разбить ее. С трудом, сделав немалое усилие, все же удалось взять себя в руки.
- Прикажите готовить самолет, - распорядился Говард, уже придя в себя - мозг вновь работал почище, чем любой суперкомпьютер, от прежней эйфории не осталось уже и следа, во всяком случае, внешне все было как обычно.
- Когда вылет, сэр? Куда?
- Нужно вылететь не позже, чем через пару часов, - решил Рональд, который, на самом деле, был полностью готов к такой поездке - даже бритвенные принадлежности и несколько свежих рубашек уже упаковал в дорожную сумку. - Летим в Россию!
- Слушаюсь, сэр!
Далекая, загадочная, странная земля ждала его, и Рональд Говард спешил скорее на нее ступить. Неважно, что война едва завершилась - нужно сделать привычную работу, наладить связи, заключить договоры, найти исполнителей, распределить обязанности. И он с этим справится, как никто иной. А потому не стоит и мешкать.
Не спрашивая пилотов, не сверяясь с картой - да и не было у него карты - Рональд Говард без ошибки определил момент, когда его самолет пересек границу бывшей России. Новенький "Гольфстрим-V", административный самолет повышенной дальности, способный без посадок и дозаправок перемахнуть Атлантику, летел на высоте шести тысяч метров. Из иллюминатора, сквозь прорехи в облаках Говард увидел, как яркие пятна сиявших электрическим светом латвийских городов и городков, крепко притянутых друг к другу нитками автострад, тоже ярко освещенных на каждом футе, сменились чернильной тьмой бескрайних русских просторов. Лишь изредка мелькали далеко внизу робкие искорки, да пару раз проплыли в стороне размазанные кляксы крупных городов, а между ними - пустота.