Менеджер "Юнайтед Петролеум" единственный, наверное, оставался совершенно спокойным, во всяком случае, внешне. Его, в отличие даже от привыкшего ко всему командира десантного батальона, ничуть не шокировало уничтожение целой деревни в такой близости от строящегося нефтепровода, работы на котором, несмотря на атаки террористов, близились к завершению. А вот все остальные не пытались скрыть своего волнения.
- Это мы сами лишились той ничтожной, призрачной поддержки со стороны русских, до этого дня державшихся в стороне от политики, - Гровер, не сдерживаясь, выругался. - Говард, вы кретин, причем даже не понимаете этого! Если раньше местные или просто не мешали, или даже были вам полезны, шли работать на вашу гребанную стройку, то теперь они встанут на сторону террористов! Если недавно против нас действовала горстка фанатиков, то теперь число желающих стать партизанами увеличитсяв разы, в десятки раз! И можете сколько угодно делать заявлений, обвиняя во всем самих русских, но вы никого не обманете!
- У чеченцев есть видео, где записано все, от начала и до конца, - устало заметил Джеймс Уоллес. - Ваши люди из Службы безопасности сообщили об этом! Какие еще могут быть вопросы? Мы ходим по лезвию ножа!
- Записи никто не увидит, - решительно отрезал Говард. - Никто не получит никаких доказательств! Ваши люди в поселке сделали свое дело, майор, теперь мы уверены, что чеченцы не оставили никаких улик. Так что можно говорить все, что угодно, и нам вынуждены будут поверить.
- Есть еще проблема, напомнил Уоллес. - В Россию прибывают наблюдатели от ООН. И инцидент в Некрасовке они своим вниманием не обойдут. Нужно быть готовыми к этому. Никаких улик, хотя бы косвенно связывающих со случившимся чеченцев!
Агент ЦРУ понимал, что сделанного не вернуть, и теперь все его мысли были направлены на то, чтобы ущерб от случившегося свести к минимуму. Конечно, ждать иного от чеченцев, не прекращавших войну почти десять лет, свихнувшихся в своих горах, превратившихся в бешеных зверей, было глупо. Найти в случившемся плюсы - задача непростая, но пусть хоть явные минусы будут не так видны. А в искусстве заметать следы у людей из Лэнгли был неплохой опыт, и сейчас Уоллесу предстояло использовать все свои умения ради общего дела.
- Я решу этот вопрос, - со все той же уверенностью произнес Рональд Говард. - Я вскоре вылетаю в Москву, встречу наблюдателей, поговорю с ними. Они тоже люди, в конце концов!
- Пока занимаетесь дипломатией, позаботьтесь о том, чтобы чеченцев отстранили от любых активных действий, - настойчиво потребовал Гровер. - Лично я дам своим людям приказ стрелять в этих выродков, если они попадутся под руку, так что задвиньте их подальше, Говард, посадите на цепь и наденьте, черт возьми, намордники!
Майор помнил, что бывает, когда в каком-нибудь медвежьем углу американский солдат случайно прикончит парочку туземцев. И пусть сейчас кровь русских крестьян оказалась на руках других варваров, чеченцев привели сюда они, американцы. Так что впору было позаботиться о запасе пластиковых мешков для своих солдат - Уильям Гровер не сомневался, что ответ партизан последует очень быстро. И пусть это не Ирак или Афганистан, где одного мертвого муслика достаточно, чтобы вспыхнула целая провинция, ничего хорошего майор, наученный горьким опытом прежних войн, не ждал.
- Хорошо, я отдам приказ, - кивнул Рональд Говард. - Надеюсь, вы скоро остынете и поймете, что без чеченцев нам придется нелегко. У нас ничтожно мало людей, чтобы защитить все, что могут выбрать целью для своих атак террористы. И я не собираюсь отправлять обратно целую армию, хорошо подготовленную, умеющую воевать, преданную нам, только потому, что кто-то где-то прикончил лишний десяток местных. И мои хозяева считали бы так же, знай они об этом. И, поверьте, они бы убедили ваше командование проявить большее понимание, майор.
Говард тоже многое повидал, побывав в диких землях на краю света. Там он представлял интересы корпорации и знал, что иногда аборигены не понимают, что строительство нефтяной вышки или трубопровода несет свет цивилизации. Кто-то цеплялся за традиции и заветы предков, кто-то просто не любил чужаков. Упрямцев приходилось убеждать, и методы использовались самые разные.
Рональд Говард никого и никогда не убивал своими руками, он не задумывался над тем, каково это, оборвать нить человеческой жизни. Но он отдавал приказы, зная, что одно слово может обернуться множеством смертей никому не интересных туземцев, и потому сейчас, узнав, что сделали чеченские наемники, не испытывал сильных угрызений совести. Конечно, проблем прибавится, но не так много, чтоб сходить из-за этого с ума.