Дверь подъезда распахнулась, выпуская навстречу немолодую женщину с мусорным мешком. Иван, посторонившись, пропустил ее, чуть кивнув, и забежал в подъезд, мгновенно отскочив к стене. Забившись в угол за распределительным щитом, Слюсаренко рванул из-за пазухи пистолет, выцеливая дверной проем. Тот, кто шел следом, ворвался следом, замерев на пороге и часто заморгав, привыкая к царившему здесь полумраку. Прежде, чем он увидел полковника, Слюсаренко уже стоял сзади, вдавив в затылок филера короткий ствол ПСС.
- Не стреляй, - сдавленно просипел попавший в захват незнакомец, даже не делавший попыток вырваться. - Не стреляй! Черт, не дави так, дышать нечем!
- Какого хрена тебе нужно?! Кто ты?
- Успокойся, полковник, мы не арестовывать тебя пришли, - прохрипел, шумно вдыхая, незнакомец, молодой мужчина лет тридцати, довольно крепкий на вид. - Расслабься и не делай глупостей!
Торопливо обыскав своего пленника, Слюсаренко обнаружил в подплечной кобуре пистолет, австрийский "Глок-17". А в кармане нашлось удостоверение частного охранника, в прочем, название фирмы, в которой якобы работал этот шустрый парень, ничего полковнику не говорило.
- Тогда зачем?
- Если бы хотели повязать, давно бы уже спеленали, как младенца, не один ты такой резкий. С тобой поговорить хотят, полковник!
- Кто?
- Езжай с нами, все узнаешь. Машина у подъезда.
- Два баклана из соседнего подъезда - твои?
- Мои. Срисовал все же?
- Халтурно работаете, - хмыкнул Слюсаренко, ослабляя хватку и опуская оружие. Он уже понял, что сейчас опасности ждать не нужно. А вот после "разговора"...
"Глок" незнакомца перекочевал за пояс чекиста, но прежний владелец импортной "пушки" не выглядел огорченным. Слюсаренко подтолкнул незнакомца к выходу, и тот неторопливо двинулся вперед, а следом - сам полковник, сжимавший в крамане готовый к выстрелу ПСС.
Железная дверь со скрипом распахнулась, и двое примеченных ранее бывшим чекистом парней, болтавшихся у соседнего подъезда, а сейчас перебравшихся гораздо ближе, мгновенно напряглись. Их босс, без лишних слов догадывавшийся, что находится на прицеле у партизана, махнул рукой, и оба его помощника отступили назад.
- Прошу, - незнакомец, так и не назвавшийся, указал Слюсаренко на "Мерседес". - Если не против, располагайтесь сзади.
- Извольте, - усмехнулся Иван, отметивший, что оружие у него никто отобрать не пытался. Наверное, это следовало расценивать, как знак высокого доверия.
Слюсаренко плюхнулся на заднее сидение "Мерседеса", а его пленник устроился спереди, рядом с угрюмым шофером. Еще двое, страховавшие своего патрона, направились к приткнувшейся в дальнем углу двора серой "Ауди".
- Едем, - произнес незнакомец, передавший странное приглашение Слюсаренко. - На дачу!
Машины выехали со двора, "Мерседес" первым, за ним, чуть поотстав, "Ауди" с эскортом. Водитель, хмурый неразговорчивый мужик, точно знал маршрут, не задавая лишних вопросов. Его сосед тоже замолчал, и Слюсаренко не стал нарушать тишину, уставившись в окно и стараясь получше запомнить маршрут.
Сперва кортеж изрядно пропетлял по городу, избегая оживленных магистралей, движение на которых замерло, парализованное пробками. Наконец, примерно через час, машины вырвались из столицы, промчавшись по пригородам, почти без задержки миновав кольцевую и двинувшись куда-то на северо-запад. Еще через полчаса, буквально пролетев за это время километров восемьдесят, словно никаких правил и знаков, ограничивающих скорость, попросту не существовало, кортеж уткнулся в ворота, перегородившие шоссе, исчезавшее где-то в осеннем лесу. Слюсаренко не заметил ни одного человека рядом, зато увидел дистанционно управляемые камеры над въездом, должно быть, тот, кто находился у монитора, опознал своих - створки ворот плавно распахнулись, и машины проехали дальше. Через пять минут "Мерседес" затормозил перед симпатичным домиком, всего лишь двухэтажным, вовсе не похожим на какую-нибудь виллу олигарха. Вокруг - заботливо подстриженные кусты, ухоженные цветники, беседка чуть в стороне.