Расстегнув воротник рубашки, Рузи подошел к прилавку уличного кафе, попросив банку содовой. И в тот самый миг, когда он дернул ключ, вскрывая ее, палестинец заметил слежку. Ему мгновенно стало холодно в самый зной, когда Ясин понял, что двое неторопливо прогуливавшихся по улице мужчин, не разговаривавших между собой, но державшихся рядом, наблюдают именно за ним, не сводя взглядов с мгновенно покрывшейся под рубашкой липким потом спины.
- Еще! - хрипло произнес Рузи, удивляясь, с каким трудом слова покидают глотку.
- Все в порядке?
Кажется, торговавший за стойкой египтянин действительно забеспокоился, поняв, что с очередным посетителем что-то не так.
- Да, - Рузи махнул рукой. - В порядке.
Схватив холодную банку, словно гранату, он влился в поток прохожих и боковым зрением заметил двинувшихся следом незнакомцев. Здесь, в толпе, он был в безопасности, на виду сотен прохожих ему никто ничего не посмеет сделать, но вечно не будешь бродить по улицам, таская за собой "хвост". Оставалось лишь понадеяться на удачу да на свои быстрые ноги.
Ясин прошел еще полквартала, время от времени замедляя шаг, и каждый раз убеждаясь, что "хвост" никуда не делся. Эти двое шли следом, как привязанные, заставляя палестинца нервничать. Конечно, он прибыл в Саудовскую Аравию вполне легально, чтоб заработать, благо платили здесь щедро, доллары от продажи нефти текли рекой в эту страну, жители которой так привыкли к роскоши и уюту. А еще сюда не было хода израильским спецслужбам, которые не упустили бы возможности по душам поговорить с одним из младших командиров "Хамас", успевшим отличиться несколькими смелыми и жестокими акциями, стоившими жизней многим мальчишкам из ЦАХАЛ. Евреи славились тем, как умеют мстить, находя своих врагов повсюду, но саудовский король никогда не пустил бы их в свою страну, ни явно, ни тайно. Во всяком случае, Ясин Рузи искренне верил в это до сегодняшнего дня.
Бывший палестинский боевик все же дождался удобного момента. Вот он бредет неспешно, ничего не замечая вокруг, а вдруг бросается в узкий переулок со всех ног. Расслабившиеся соглядатаи пришли в себя спустя пару секунд, но и этого оказалось достаточно. Рузи пробежал извилистый переулок, промчался по нему, как ветер, отрываясь от преследователей. Слыша только шум ветра в ушах, да удивленные возгласы редких прохожих, палестинец выскочил на соседнюю улицу, и тотчас едва не попал под колеса массивного белоснежного Шевроле "Субурбан".
- Шайтан!
Хромированный бампер ударил палестинца в бок, словно тараном. От боли в глазах на миг потемнело, но беглец нашел в себе силы вновь подняться на ноги, в последний миг избежав участи оказаться под широкими колесами Шевроле.
Ясин Рузи отскочил в сторону, а из резко затормозившего внедорожника вдруг выскочили сразу четверо, в масках, черных комбинезонах, поверх которых были надеты бронежилеты, с компактными пистолетами-пулеметами Р-90 производства бельгийской "Фабрик Насьональ".
- Стоять! - В спину Рузи ударил злой окрик, и тотчас над самым ухом с визгом пролетела пуля.
Ясин рванул, что было сил. Прохожие в ужасе разбегались в разные стороны, в толпе было уже не укрыться, но палестинец не хотел сдаваться. Он слышал за спиной частые шаги, кто-то снова крикнул, приказывая остановиться, а затем что-то ужалило спину раскаленной иглой, а через миг тело пронзил электрический импульс.
Боец саудовского спецназа, сжимая в руках пистолет-пулемет, подошел к подрагивавшему в конвульсиях телу, из спины которого торчали два спиральных провода, соединявших гарпун-электрод с новомодной американской игрушкой, "Тазером", электрошоковым устройством дистанционного действия. Невесть в чем провинившийся мужчина явно был жив, пребывая в жалком состоянии. Спецназовец с омерзением скривился, увидев натекшую из-под мелко дрожавшего тела дурно пахнущую лужу.
- В машину его, - приказал приблизившийся к телу командир. - Быстро! Нас ждут!
Четыре крепкие руки подхватили безвольное тело, бросив его на заднее сидение "Субурбана", и машина, взревев мощным движком, сорвалась с места, бесцеремонно распихивая в стороны плотный поток многочисленных легковушек, буквально забивших улицу.
Понемногу Ясин Рузи пришел в себя, поняв, что его уж успели увезти куда-то в пригород. С обеих сторон сидели молчаливые крепыши в полной экипировке и опущенных на лицо масках.