Сержант плотнее прижал к плечу затыльник "Грозы", и, поймав на миг в отверстие диоптрического прицела силуэт одного из нападавших, нажал на спуск, ощутив упругий толчок отдачи, а затем увидев, как террорист падает на землю. В тот же миг рядом с ним осел на асфальт еще один, голова которого буквально взорвалась кровавым фонтаном. А опомнившиеся полицейские уже накрыли машину террористов шквалом огня, медленно продвигаясь вперед.
Артем уже привык к кличке Сверчок, давно перестав в ней слышать что-то унизительное, насмешку. Да и не было для этого причин, если фамилия его была Сверчков, а одно только упоминание клички совсем недавно заставляло забиваться поглубже в свои норы прятавшихся в горах на границе недобитых чеченских ваххабитов. Когда Артем вместе с товарищами, такими же бойцами спецназа Внутренних войск, получали приказ, все, и друзья, и враги, знали, что иначе, чем с головой назначенного к ликвидации очередного "амира" обратно на базу они не вернутся. Так было всегда. А теперь бывший капитан "внутряков" сидел на переднем сидении потертой "Лады", рядом с водителем, вглядываясь в поток проезжавшего мимо транспорта.
- Слышь, Сверчок, нам тут долго еще болтаться? - раздался с заднего сидения унылый голос Тохи, Антона Бокова, бывшего десантника, даже сейчас надевшего под легкий бронежилет тельняшку. - Что там отцы-командиры?
- Будет приказ - снимемся, - безразлично пожал плечами Артем, не прекращая наблюдения.
- Да просто не прикольно как-то торчать тут, посреди улицы, в машине, стволами доверху набитой. Если сунутся "полицаи", придется шуметь!
- Жалко их, если сунутся, - хмыкнул сидевший на водительском месте Роман Бычков, по позывному Бык, тоже бывший "внутряк", более того, сослуживец Сверчкова, только дослужившийся лишь до прапорщика.
Артем усмехнулся. Действительно, на троих у них было три автомата, три пистолета, десяток гранат, в основном легкие наступательные РГД-5, и без счету патронов, наверное, на взвод бы хватило, ну на отделение уж точно. А на "сладкое" под задним сидением лежали не слишком тщательно укрытые два противотанковых гранатомета РПГ-22, не новая и не самая мощная модель, но для городского боя, где серьезной бронетехники не могло быть точно, едва ли не избыточно эффективная. И все это - ради того, чтобы их командиры могли спокойно поговорить с каким-то жирдяем, приехавшим минут пять назад на черной "Волге" и скрывшимся в дверях дешевого кафе.
Трое бойцов, за плечами каждого из которых были годы службы и такие переделки, о которых порой не хотелось вспоминать, ведь заодно пришлось бы вспомнить и навсегда ушедших товарищей, откровенно маялись скукой, но о задаче не забывали. Припарковав машину в полусотне метров от кафе, партизаны наблюдали за уличным движением, фиксируя и транспорт, и пешеходов, а Боков, расположившийся сзади, вооружился широкополосным сканером, прослушивая рабочие частоты столичной полиции. И именно он первым заметил опасность.
- Переговоры на полицейской волне, - сообщил Тоха, заставив обернуться Сверчка. - Кто-то к нам едет!
- Что?!
- Сам послушай! - Боков щелкнул тумблером, и из динамика компактной рации разалось: - "... угол Спиридоньева и Малой Бронной! До точки две минуты!". - И тотчас в ответ: - "Гранит, ждите команды! Алмаз, доложить о готовности! Прием!"
- Твою же мать, - протянул Сверчков. - Не зря, стало быть, нас сюда пригнали!
Тройка партизан не была единственной вооруженной силой в окрестностях. Подступы к кафе прикрывали еще, по меньшей мере, две такие же группы, а уже их с почтительного расстояния были готовы поддержать огнем снайперы. Капитан Сверчков не был уверен, что именно сейчас их кто-то не разглядывает в оптический прицел, и хорошо, если этот "кто-то" - свой.
- Всем внимание, - приказал капитан. - Смотреть в оба! Они должны быть рядом!
- А это не они?
- Вот суки!
Бычков указал на белую "Газель" без каких-либо опознавательных знаков, пробиравшуюся через поток машин, нахально подрезая легковушки, так что путь ее сопровождался резкими сигналами клаксонов. Девяносто девять человек из ста не заметили бы в микроавтобусе ровным счетом ничего необычного, но те, кто сидел в салоне потрепанной неизвестного происхождения "девятки" к большинству обывателей не относились. Кое-какие детали бросились в глаза Сверчкову, и он, без лишних слов достав и лежавшей в ногах сумки автомат, приказал своим товарищам: