- Вольно, джентльмены! - Костас махнул рукой, и несколько секунд слышался только звук передвигаемых стульев.
У дальней стены ангара уже натянули полотняный экран, напротив, под потолком, подвесили коробку проектора, а чуть в стороне на пластиковом столе установили ноутбук, военную модель в ударостойком водонепроницаемом корпусе. Рядом стоял навытяжку какой-то лейтенант, буквально пожиравший глазами подошедшего генерала.
- Начнем, господа, - произнес в полнейшей тишине, нарушаемой лишь дыханием множества людей, Костас. - Сегодня мы собрались здесь, чтобы обсудить план специальной операции, направленной против русских террористов, так называемых партизан. Их вылазки становятся все более наглыми, мы несем потери каждый день, наша дивизия, все американские войска, находящиеся в России. Наши, хм... союзники, тоже. Всем известно, что в засаду русских террористов попала мобильная группа службы безопасности "Юнайтед Петролеум". В результате погибло свыше двадцати человек, в том числе и двое граждан США. Противник лишился только пяти человек убитыми. Террористы почувствовали силу, решили, что способны победить нас, и оттого наглеют! Они нападают - мы защищаемся, никогда не зная точно заранее, где ждать очередного удара. Мы теряем инициативу, господа, позволяя жалкой горстке отщепенцев больно кусать нас и давая сдачи! Этому пора положить конец!
Почти никто из присутствовавших не знал, что подтолкнуло Костаса к решительным действиям, не дожидаясь официальной санкции ни из Раменского, ни тем более из Вашингтона. Никто из собравшихся на базе аэромобильного батальона офицеров не присутствовал при недолгом, но эмоциональном разговоре командующего Сто первой воздушно-штурмовой и Рональда Говарда, представлявшего всесильную корпорацию "Юнайтед Петролеум", случившемся в штабе дивизии в Архангельске сутками ранее.
- Русские ухватили нас за горло, - мрачно заявил менеджер нефтедобывающей компании. - У нас проблемы, генерал, и решить их могут сейчас ваши парни, да и то, если не станут мешкать. Партизаны устроили засаду на чеченских наемников не просто так - они захватили видеоархив, в том числе записи их расправ над местным населением. Если эти записи попадут на телевидение или в Интернет, для моих боссов это будет катастрофа, генерал!
- Вы сами себе вырыли яму, господин Говард! Какого черта вы вообще притащили этих дикарей из их гор сюда? Не знали, на что они способны? Хотели запугать местных? А теперь трясетесь при мысли о том, что кто-то увидит забавы ваших цепных псов? Так какого дьявола я должен рисковать жизнями своих солдат, спасая ваши задницы?! Армия США - не частная охранная фирма, мы не обязаны защищать интересы вашей корпорации такой ценой!
- Вы ошибаетесь, генерал! Вы и ваши солдаты здесь как раз для того, чтоб служить нам, чтобы охранять меня и моих людей, прокладывающих чертов нефтепровод по чертовой русской тайге! А русские своими действиями создают угрозу нашей безопасности и безопасности проекта, генерал! Пока эти долбанные записи еще где-то рядом, на одной из баз русских партизан, и мы можем их вернуть - или уничтожить! Нам известно, кто именно участвовал в нападении, известно, где базовый лагерь этой группы, остается лишь придти туда и взять то, что у нас украли! Лучше всего, избавившись при этом от свидетелей. И вы, генерал, отдадите своим людям такой приказ! А я добьюсь того, что такой же приказ получите вы сами, и не выполнить его не сможете!
Рональд Говард был взволнован и испуган. И в страхе оказался способен на многое. Вскоре лично Эндрю Стивенс, заместитель председателя ОКНШ, отдал распоряжение Костасу о проведении акции возмездия. И вот теперь генерал ставил боевую задачу своим людям, зная, что вскоре им придется рисковать жизнями ради непорочной репутации каких-то "шишек" из Вашингтона и черт знает, откуда еще. И еще командующий Сто первой знал, что его бойцы такую задачу выполнят.
Альберт Костас обвел мрачным взглядом сидевших перед ним людей. Все они были офицерами, хотя не все носили нашивки Армии США. Здесь были и летчики, и морские пехотинцы, хотя офицеры Сто первой дивизии составляли большинство присутствовавших. На первом ряду, чуть с краю, сидел командир аэромобильного батальона майор Гровер - на базу его подразделения и прилетел генерал. При упоминании о потерях майор болезненно поморщился, и это не ускользнуло от внимания Костаса.
- Первым будет докладывать представитель ЦРУ, - сообщил командующий дивизией. - Прошу, мистер Уоллес!