А про себя подумал: «Вот же, с жиру бесится, богатей. Мне бы столько бабла, я бы уж сам как-нибудь для себя прояснил вопросы бытия». Но вслух он этого, конечно, не произнес, наоборот, сказал:
— Ну тогда че ж, поехали. Я сейчас как раз свободен.
— Договорились? — обрадовался Тагильцев. — У тебя паспорт с собой? Я распоряжусь, чтобы нам забронировали билеты на вечерний рейс до Барнаула.
— Это че, сегодня вечером уже, что ли? — ахнул Михаил. — Ну ты, брат, даешь…
— Нужно как можно быстрее, — объяснил Александр. — Она в любую минуту может… — тут он снова замялся.
— Кто — она? — вскинулся Миша.
Но Александр сделал вид, будто ничего не услышал, и спросил только:
— А что, у тебя какие-то планы?
— Да не, не особенно, — отозвался Миша. — Разрулю как-нибудь…
Гандболистка, конечно, взбеленилась.
— А-а, ну конечно! — делано расхохоталась она в телефонную трубку. — Ты улетаешь в командировку! Еще скажи — в кругосветное путешествие! А вчера, разумеется, ты еще ничего об этом не знал. Миша, кого ты лечишь, а?
— Слушай, ну это правда, я из аэропорта звоню, — попытался оправдаться он. — На Алтай лечу. Хочешь, сувенир тебе привезу?
— В задницу себе засунь свой сувенир! — отрезала гандболистка и бросила трубку.
Миша досадливо сплюнул и сунул мобильник в сумку.
— Какие-то проблемы? — обернулся к нему Тагильцев.
— Да, — отмахнулся Миша. — Бабы… Ты куртку какую-нибудь взял? Там ваще-то холодно по ночам бывает.
— Взял, — кивнул Александр. — Не важно, думаю, мы недолго там пробудем. Я поговорю с ламой — и тем же вечером улетим назад.
До начала посадки на рейс оставался еще час.
— Пойду прогуляюсь, — бросил Миша Тагильцеву и направился осматривать аэропортовые достопримечательности.
Несколько кафе, комната матери и ребенка, магазин сувениров… Он хотел было уже повернуть обратно, когда по спине вдруг пробежал приятный холодок. Там, впереди, светилась надпись: «Игровой клуб „Ва-банк“». Аванс, выплаченный Александром, приятно оттягивал кошелек. «Это мой день, — решил Миша. — Ни с того ни с сего пять штук баксов отхватил. Выиграю еще! Тогда ваще хватит весь долг выплатить! Седня попрет, точняк!»
Пригладив бороду, он ринулся прямиком в логово азарта, пообещав себе, что потратит лишь пару тысяч. Ну просто чтобы проверить, правда ли ему сегодня так безбожно фартит.
Когда в игровой клуб заглянул Александр, Миша, взмокший насквозь, с горящими глазами совал в щель автомата уже черт знает какую по счету купюру. Могучей, в рыжих курчавых зарослях, рукой он ударил по кнопкам и, стиснув кулаки и как будто даже слегка постанывая, следил, какие линии срастутся. Затем истошно взвыл и принялся дубасить игровой аппарат ботинками.
— Эй, мужчина! — взвизгнула администраторша. — Вы что здесь хулиганите? Я сейчас милицию…
— Не надо милиции. Мы уже уходим, — заверил ее Александр и обернулся к Мише: — Ты что, очумел? Уже посадка заканчивается, я тебя еле нашел.
— Я ща! — отмахнулся Миша. — Один момент. — Вот последнюю сотню суну…
— Стоп! — гаркнул Александр. — Какую последнюю сотню? Ты что, пять тысяч долларов в автоматы проиграл?
— Да мне повезет! — взревел Миша. — Я уже два раза по две тысячи выиграл! Сегодня мой день, я те точно говорю. Ща, погоди минуту, никуда он не денется, твой самолет.
— А ну пошли! — решительно взял его под локоть Александр. — Давай, давай, двигай отсюда!
Он почти силой вытолкнул Мишу из игорного заведения. Тот в бешенстве обматерил Тагильцева, затем отдышался, пришел в себя и сник.
— Мать твою, ну что за дебил! — он хлопнул себя пятерней по лбу.
— У меня возражений нет, — сухо кивнул Александр, ведя Мишу к выходу на посадку.
— Все спустил, ну все… — заныл он. — Мне в дороге даже сигарет купить не на что будет. Может, дашь еще в счет будущих заслуг, а?
— Дам, — пообещал Александр. — Когда окажемся в тех местах, где автоматов нет.
— Это правильно, — удрученно закивал Миша. — Знаешь, говорят, это болезнь такая… — доверительно сообщил он.
— Вот заодно и обсудишь свой недуг с ламой, — буркнул Тагильцев.
Насморочный голос в динамике объявил окончание посадки на рейс до Барнаула, и они двинулись к застывшей у выхода улыбчивой девушке в синей форме.
Турбины самолета выли как ненормальные. Михаил спустился на летное поле, прищурившись от яркого утреннего солнца, посмотрел на уже знакомое ему здание аэропорта. Ну че, долетели вроде, выспался он в дороге, как младенец, теперь надо было изобразить бывалого гида в этих местах.