Джозеф Мердок, как всегда подтянутый, в безупречном костюме и грамотно подобранном в тон галстуке, представлял собой идеал современного политика, активного и решительного, ожиданию предпочитающего действия, но действия, взвешенные не единожды, а не подчиненные эмоциям и случаю. И сейчас он не стал изменять своему амплуа:
– Дамы и господа, я рад, что вы так быстро откликнулись на наше предложение, – президент смотрел куда-то вглубь зала, ни на ком конкретном не останавливая взгляд. – У вас накопилось немало вопросов, равно как и у миллионов наших сограждан, простых обывателей, и уже появляются какие-то домыслы, как правило, не имеющие ничего общего с реальностью. Сейчас я постараюсь прояснить ситуацию и развеять ваши сомнения, а вы, я надеюсь, донесете мои слова до наших соотечественников и до тех, кто сочувствует нам в других странах, проявляя участие в наших проблемах.
Итак, дамы и господа, в результате провокации, инспирированной пока неизвестными нам силами, американский военно-морской флот, дислоцированный в Персидском заливе, уничтожил иранский ракетный катер, судя по некоторым данным, готовившийся нанести удар по нашему крейсеру, курсировавшему у иранских берегов. Действия командира крейсера, с которого и был открыт огонь, приведший к потоплению иранского катера, внимательно проанализированы и признаны абсолютно правомерными. Наш капитан строго следовал полученным ранее инструкциям, действуя в целях сохранения своего корабля и жизней экипажа, и его вины в случившемся нет.
Однако в ответ на это ряд ближневосточных государств, а также Ливия, Алжир, Венесуэла и Индонезия, объявили нефтяное эмбарго, требуя для его прекращения наших публичных извинений и признания того факта, что уничтожение катера иранских военно-морских сил было актом агрессии с нашей стороны. В настоящее время прекращена загрузка танкеров на нефтяных терминалах Саудовской Аравии и ряда других государств, а часть танкеров, уже покинувших их порты, была задержана и принуждена вернуться в саудовские или иранские порты. В настоящее время команды этих танкеров находятся под арестом на борту своих судов. Их жизням ничто не угрожает, и сотрудники американского консульства в Иране и посольства Соединенных Штатов в Саудовской Аравии уже встречались с этими моряками. Мы предпримем все возможные меры, чтобы пленники были освобождены в кратчайшие сроки. Также сотрудники нашего дипломатического ведомства активно взаимодействуют с представителями Ирана и присоединившихся к эмбарго стран-членов ОПЕК. Мы не намерены прибегать к использованию военной силы, и стремимся все разногласия разрешить мирным путем. И, с Божьей помощью, будем надеяться, что в течение ближайших дней кризис будет успешно преодолен, и эмбарго, столь поспешно объявленное нам нашими же союзниками в регионе, будет снято. – В эти мгновение лидер американской нации сам еще искренне верил в собственные слова. – А теперь, дамы и господа, ваши вопросы.
Несколько секунд в зале царило молчание. Журналисты переваривали слова президента, проникаясь серьезностью сказанного. Наконец один из репортеров, отличавшийся, видимо, лучшей реакцией, вскочил, обращая на себя внимание не только Мердока, но и своих менее расторопных коллег:
– Господин президент, – торопливо произнес, буквально подпрыгнув, точно подброшенный пружиной, журналист, молодой человек лет двадцати пяти. – Означает ли нефтяное эмбарго возможность возникновения дефицита бензина и других видов топлива в Штатах? К чему готовиться американцам?
– Ни промышленность, ни наши сограждане, простые налогоплательщики, не ощутят на себе последствия демарша наших ближневосточных партнеров еще несколько месяцев, как минимум, – уверенно ответил президент Соединенных Штатов. – Прежде всего, мы задействовали стратегический запас, которого даже при отсутствии иных источников органического топлива, хватит на несколько месяцев бесперебойного функционирования всех промышленных предприятий Соединенных Штатов. При этом мы по-прежнему в полном объеме получаем нефть из Мексики, а также добычу ведут наши нефтяные платформы в Мексиканском заливе. Никакой дефицит нам не грозит, дамы и господа. Правительство будет жестко контролировать ценовую политику нефтяных компаний на территории США, не допуская необоснованного роста цен на все виды топлива. Я уверен, что действия Саудовской Аравии и присоединившихся к ней стран никак не скажутся на простых американцах. В течение считанных дней мы добьемся отмены эмбарго, при этом, я еще раз подчеркиваю, нами даже не рассматривалась возможность использования вооруженных сил для преодоления этого кризиса. Да, наши вооруженные силы на Ближнем Востоке приведены в состояние повышенной боевой готовности, но это вполне нормальное явления. Мы опасаемся, и не без оснований, террористических атак на наших военнослужащих. Определенные силы в исламском мире могут воспользоваться возросшей напряженностью, дабы добиться своих целей, стравив нас и наших партнеров, исключив возможность мирного урегулирования данной ситуации. Этого мы тоже не допустим, и любые происки террористов будут пресечены быстро и жестко.
– Какова судьба американских военных баз, размещенных на территории стран, объявивших эмбарго, господин президент? – остальные журналисты начали проявлять все большую активность, собравшись, наконец, с мыслями.
– Об этом в идущем диалоге пока ничего сказано не было, – спокойно и быстро ответил Джозеф Мердок, потратив на раздумья считанные секунды. – Наши войска в регионе являются гарантом стабильности и мира, третьей силой, стоящей между правящими режимами и оппозиционными им террористическими группировками, и это отлично понимают даже наши недоброжелатели. Стоит нам вывести войска из Саудовской Аравии и соседних стран, их захлестнет волна террора, которая поглотит правящие режимы, а на месте этих стран возникнут государства, напоминающие Афганистан талибов, жестокие, в основе которых будет лежать крайний исламский фундаментализм. Этого никто не хочет, как по эту сторону Атлантики, как и на противоположном берегу. Возникшее подобие конфликта не посягает на устои, и мы не намерены взрывать Ближний Восток. Кто-то решил продемонстрировать нам свою силу, но Америку поставить на колени не удастся. Мы сможем достойно ответить на этот шантаж.
Вопросы следовали один за другим. В голосе журналистов слышалось неподдельное волнение, ведь ситуация была слишком серьезной. Под угрозу был поставлен фактически американский образ жизни, самое ценное, что можно было представить, ведь именно этим оружием была повержена в свое время Советская Империя, а не ракетами и авианосцами. Теперь же грязные дикари из далеких стран хотели заставить Соединенные Штаты выполнять их волю, публично признаваясь в том, чего не совершали, чтобы их можно было представить, как жуткую империю зла, вынашивающую планы мирового господства, а не средоточие демократии. Но президент Мердок был уверен и бодр, и его уверенность постепенно предалась всем присутствующих, заразих их верой в "хэппи-энд".
Итоги пресс-конференции в Белом Доме благодаря таким техническим достижениям, как глобальная компьютерная сеть, а также, разумеется, благодаря главному достижению демократии, свободе слова, стали известны жителям всех континентов через считанные часы, после чего тут же началось бурное обсуждение сложившейся ситуации на десятках языков в самых разных странах. Каждый спешил высказать свое мнение, заодно растоптав, развеяв, словно туман на рассвете, выводы других, тех, кто осмеливался возражать самодеятельному эксперту в области международных отношений.
Однако слова, пусть даже такого влиятельного человека, как президент Соединенных Шатов, все же оставались словами. В век, когда общественное мнение может служить оружием, намного более опасным, нежели сотня термоядерных боеголовок, очень многое делалось просто на публику, в том числе и брифинг в Белом Доме. Но были и те, кто, не тратя время на пустые разговоры, уже действовал, причем в последнюю очередь задумываясь о такой вещи, как одобрение главы государства.