Раньше заменой, пусть и не равноценной, системе "Легенда", которую предполагалось полностью развертывать только при угрозе войны, выступали самолеты Ту-95РЦ, также способные передавать данные об обнаруженных целях на подлодки и корабли по специальным каналам связи. Благодаря экономичным турбовинтовым двигателям и системе дозаправки в воздухе они могли совершать полеты на тысячи километров в океан, часами сопровождая корабли вероятного противника. Разумеется, в случае войны самолеты, в отличие от спутников, становились бы крайне уязвимыми, и сбивались бы в первые же минуты конфликта, но они все же обеспечивали относительное преимущество нашим ударным силам, снабжая их точными разведданными. Но сейчас в строю нет ни одного специализированного самолета. Машины типа Ту-142М обладают нужной дальностью полета и экипаж в них размещен в сравнительно комфортных условиях, но это противолодочные самолеты, они не имеют специального оборудования для взаимодействия с кораблями и подводными лодками, а Ту-22МР, оснащенные радарами и системами радиотехнической разведки, не обладают нужной для патрулирования над океаном продолжительностью полета, к тому же и они не имеют средств связи с подлодками для передачи координат обнаруженных целей.
Фактически наш флот, имея мощное оружие, становится слепым и глухим. Раньше командование не уделяло должного внимания средствам разведки целеуказания, полагаясь на абсолютное превосходство в огневой мощи, в частности, на применение ядерного оружия на поле боя, теперь же, когда в строю остается все меньше боеспособных кораблей, подводных лодок и самолетов, у нас просто нет денег, чтобы дополнить эти силы современными системами разведки, объединив их в единый комплекс и компенсировав качеством количественное преимущество противника. Если так будет складываться и впредь, в скором времени российский флот, как средство ведения войны на море, прекратит свое существование.
– Превосходство в огневой мощи мы можем обеспечить и сейчас, – заметил Сергеев, прервав эмоциональную речь Хорева. – Использование тактического ядерного оружия даст нам колоссальное преимущество над противником. Если бы, к примеру, удар по авианосной группировке наносился ракетами со специальной боевой частью, достаточно было бы не попадания даже, а единственного накрытия ордера, чтобы вывести из строя всю эскадру. Американцы в свое время испытывали ядерные бомбы, оценивая их действие по списанным линкорам и крейсерам. Тогда результаты их не впечатлили, бронекорпуса пострадали не очень серьезно. Но сейчас, когда каждый боевой корабль напичкан электроникой до предела, электромагнитный импульс окажется намного более губительным, чем ударная волна.
– Представляю, как отреагируют янки, если мы вытащим со складов боеголовки, и начнем устанавливать их на наши корабли, – покачал головой Голубев, тоже помнивший времена, когда условия любых маневров включали применение ядерного оружия. – Они тогда тоже перестанут соблюдать многие договоренности, и начнется новая гонка вооружения. А шансы на победу в ней, по-моему, у нас почти отсутствуют.
– В условиях полномасштабного конфликта никакие договоренности не будут действовать. В любой войне главная цель – победить с наименьшими жертвами, и ради этого лучше взорвать несколько ядерных боеголовок, чем тысячами гробить солдат, бросая их в атаки. Но это, конечно, крайняя мера, и ни в коем случае нельзя подменять применением ядреного оружия развитие современных высокотехнологичных и высокоинтеллектуальных видов оружия, которое можно применять и в безъядерном конфликте. А в этом отношении прав товарищ Хорев. То, что он сказал, слово в слово повторяет услышанное мною в Мурманске по возвращении с авианосца, – произнес Швецов, и взгляды адмиралов обратились к нему в тот же миг. – Я успел побеседовать с некоторыми офицерами, в том числе с подводниками, и они указали мне на эти же проблемы. Наши силы действуют разобщено, в условиях плохой организации разведки, тогда как у наших соперников все, что только возможно, объединяется боевыми информационно-управляющими системами в единое целое. Сейчас, в условиях, когда строительство крупных серий боевых кораблей классом не ниже эсминца стало для страны несбыточной мечтой, а находящиеся в строю корабли, оставшиеся с советских времен, стремительно устаревают, нужно искать более дешевые пути сохранения боевой мощи наших военно-морских сил. И создание спутниковой системы разведки и целеуказания, аналога той самой легенды, является, несмотря на кажущуюся дороговизну, одним из таких способов. Учитывая, что в деле создания противоспутникового оружия наш вероятный противник сильно отстает от нас, в случае начала боевых действий может сложиться ситуация, когда его орбитальная группировка будет полностью разгромлена, и мы обеспечим себе господство в космосе, а с его помощью – превосходство на суше и на море.
Услышав эти слова, командующий соединением стратегических подводных ракетоносцев Северного флота адмирал Онуфриенко и адмирал Пантелеев многозначительно переглянулись. Именно Кириллу Онуфриенко и подчинялась подводная лодка, с борта которой были выпущены ракеты, сбившие использовавшиеся чеченскими боевиками во время недавних событий на грузинской границе спутники. Тогда новое поколение русского противоспутникового оружия прошло проверку боем, доказав свою высочайшую эффективность.
Об этом мало кто знал, та операция была засекречена, и в подробности ее было посвящено не более десятка человек во всей стране. Даже простое упоминание о существовании подобного оружия считалось изменой, и контрразведка бдительно охраняла эту тайну. Именно поэтому, кстати, с полковника Смирнова перед тем, как прибыть в Москву, взяли дополнительную подписку о неразглашении, присвоив ему такой уровень допуска к секретной информации, который был у офицеров не ниже заместителя командующего флотом. Командир полка ракетоносцев до сих пор недоумевал по этому поводу, ведь намеки и косые взгляды полководцев ни о чем не могли сказать совершенно непосвященному во все тайны недавней пограничной стычки человеку.
– Но и в мирное время сканирующие поверхность океана спутники никогда не останутся бесполезными, так что, создав такую систему, мы еще и обеспечим источник дохода для военного бюджета, – продолжал тем временем Швецов, с удовлетворением отмечая одобряющие кивки слушавших его адмиралов. – Самолеты типа Ту-95РЦ, которые сейчас вспоминали, или вертолеты, используемые для наведения ракет большой дальности, как Ка-25РЦ, базирующиеся на крейсерах, очень уязвимы и к тому же не так многофункциональны по сравнению с космическими аппаратами. И я уверен, нам вполне по силам создать сеть разведывательных спутников, позволяющих капитану каждого российского корабля наверняка знать, где находится любое судно под чужим флагом, будучи готовым, при необходимости первым применить оружие. Между прочим, используя некоторые разработки наших ученых, типа использования лазеров сине-зеленого спектра, можно применять те же спутники и для поиска подводных лодок, что в условиях качественного скачка подводного флота США и не отстающих от них англичан весьма актуально. Но, разумеется, кроме средств разведки и наблюдения нужно совершенствовать и оружие, а также средства его доставки. Это требует определенных затрат, но иначе все наши преимущества, и без того стремительно тающие под натиском заокеанских технических новинок, исчезнут за пару лет. Собственно, адмирал Пантелеев и присутствует здесь, чтобы посвятить нас в существующие программы перевооружения флота. – Президент взглянул на названного офицера: – Прошу вас, Лев Григорьевич.