СЕАНС МАГИИ
С ПОЛНЫМ РАЗОБЛАЧЕНИЕМ
ВАРЬЕТЕ. СЕГОДНЯ В 20:00
МАЭСТРО ВОЛАНД
Москва готовилась к представлению, не зная, что это представление изменит ее навсегда.
ГЛАВА 3. Сеанс в Варьете
К семи часам вечера дождь всё-таки обрушился на город. Он хлынул на Москву без предупреждения, вопреки всем прогнозам метеорологов, и был настолько яростным, что казалось, будто небеса разверзлись. Потоки воды смывали с улиц мусор, заливали подземные переходы, превращали проспекты в стремительные реки.
И лишь возле одного здания в центре Москвы дождя не было вовсе – невидимый купол словно защищал территорию вокруг старинного особняка, на фасаде которого переливалась огнями вывеска, появившаяся словно из другой эпохи: «Московский театр Варьете». И лишь немногие прохожие, прячущиеся от ливня, замечали странность: здание занимало место, где ещё вчера стоял серый, давно знакомый москвичам «Театр Сатиры» по адресу Триумфальная площадь, 2.
Прохожие, спешащие укрыться от ливня, с удивлением замедляли шаг, оказавшись в зоне этого необъяснимого метеорологического феномена. Они задирали головы, пытаясь понять, как такое возможно: граница между проливным дождем и совершенно сухим пространством была настолько четкой, что казалась нарисованной. Некоторые даже протягивали руки, чтобы пощупать невидимую преграду, но ничего не обнаруживали – только поразительный контраст между водяной стеной и сухим воздухом.
Здание Варьете, которое, по воспоминаниям старожилов, было снесено еще в 1980-х годах, а по документам градостроительного комитета никогда не существовало на этом месте, выглядело так, словно простояло здесь всегда. Его фасад в стиле позднего модерна, с лепными украшениями и витражными окнами, казался одновременно и старинным, и удивительно свежим, будто здание построили вчера по чертежам столетней давности. Массивные двери из темного дерева с бронзовыми ручками были гостеприимно распахнуты, а по обе стороны от входа стояли швейцары в алых ливреях с золотым шитьем.
Бескудников сам не понимал, как оказался здесь. После странных событий на Патриарших он вернулся домой, принял холодный душ, выпил крепкого чая и убеждал себя, что всё произошедшее – следствие переутомления, а может, и начинающегося нервного расстройства. Однако книга в потёртом переплёте, которую он машинально забрал с собой, лежала на столе как вещественное доказательство.
Он долго не решался прикоснуться к ней, словно опасаясь, что она может обжечь пальцы или исчезнуть, доказав тем самым, что была лишь галлюцинацией. Но книга оставалась материальной, осязаемой, с легким запахом старой кожи и типографской краски. В конце концов, любопытство победило страх.
Когда он всё же решился открыть её, то обнаружил, что страницы пусты. Все, кроме первой, с той загадочной надписью. Бескудников пролистал книгу несколько раз, надеясь найти хоть какой-то текст, но безрезультатно. Разочарованный, он закрыл её и отправился на кухню, чтобы сварить себе еще кофе – голова была тяжелой, а мысли путались.
Вернувшись в комнату с чашкой в руке, он с удивлением обнаружил, что книга раскрыта, хотя он точно помнил, что оставил ее закрытой. Но что поразило его еще больше – на страницах стал проступать текст – строчка за строчкой, будто невидимый автор писал прямо сейчас. Буквы появлялись словно из ниоткуда, складываясь в слова и предложения. Это было похоже на проявление фотографии в растворе, только вместо изображения возникал текст.
Бескудников, забыв о кофе, который теперь остывал на столе, наклонился над книгой, жадно вчитываясь в появляющиеся строки. Он успел прочитать лишь первый абзац:
«В тот вечер, когда в Москве снова появился Воланд, в Варьете готовились к самому необычному представлению за всю историю заведения. Билеты были распроданы, хотя никто не мог вспомнить, как именно он их приобретал…»
Слова завораживали, затягивали, словно водоворот. Бескудников почувствовал легкое головокружение, как будто книга высасывала из него энергию, используя ее для создания текста. А затем буквы начали расплываться, словно от влаги, и вскоре страница снова стала девственно чистой, как если бы на ней никогда ничего не было написано.
Бескудников моргнул, протер глаза, думая, что это зрительная иллюзия. Он перевернул страницу, потом еще одну – все чистые, без единой буквы. Но на последней странице книги проступили чёткие слова, написанные тем же каллиграфическим почерком, что и надпись на первой странице:
«Приходите в Варьете сегодня в 19:30. Ваше место в партере зарезервировано. С уважением, администрация».