– Вас слышу. – И менее официально добавил: – Как вы себя чувствуете, полковник?
– Немного злюсь.
– Вас понял. Не отключайтесь, мы пеленгуем вас. Что произошло?
– Мы врезались в плотные облака.
– Да, мы их видим. Они ползут к югу и похожи на огромный розовый ковер. Спасибо за предупреждение. Чтобы не столкнуться с ними, летим над океаном. Что это за чертовщина такая?
– Пока не знаю, но от нее взрываются двигатели. Мы потеряли несущий винт и оба движка. Пришлось спускаться на парашюте. – Поколебавшись секунду, Лиз добавила:
– Сообщите в Денвер, что именно эта штука сбивает скайболы. Они как бы налетают на стенку из сахарной ваты. – Она принюхалась. – И пахнет она как сахарная вата.
– Хорошо. Мы засекли вас. Как только ватные облака пройдут, сразу вышлем спасательный корабль.
– Благодарю. Приемник будет работать на этой волне, пока не кончится питание.
Конец связи.
Она пошарила под креслом, удовлетворенно крякнула и протянула мне что-то. Это оказался фонарь.
– Посмотрите, что с Дьюком. И аккуратнее. Круто очень. Попробую включить аварийные энергетические установки.
Вертолет действительно так круто накренился вперед, что я не смог развернуть кресло. Крен был не меньше тридцати градусов. Я расстегнул привязные ремни и сразу же чуть не ткнулся носом в приборную доску.
– Аккуратнее, я же предупредила.
– Хорошо, попробую.
Изогнувшись, я направил луч фонаря в хвост. Дьюк растянулся в правом фонаре наблюдателя, как в лузе. Его голову я не видел – она свисала ниже уровня палубы, да и весь он лежал вверх тормашками. Я пополз туда.
Карабкаться наверх было трудно. Сначала я опирался на пилотские кресла, потом нащупал скобы, расположенные на бортах для крепления грузов. Примерно на полпути вертолет вздрогнул и слегка сдвинулся. Корпус заскрипел. Мне показалось, что Дьюк вздохнул. Я замер…
– Под вашим весом хвост опустился, – заметила Лиз. – Ползите дальше.
Теперь я двигался осторожнее. Вертушка снова скрипнула и шевельнулась, потом застыла.
– Все в порядке, – подбодрила Тирелли. – На этот раз она встала устойчиво.
Я уменьшил крен градусов до пятнадцати. Глаза Дью-ка были закрыты. Я вытащил его из фонаря и положил на палубу. Из носа и глубокого пореза на лбу текла кровь, но он дышал.
– Дьюк!
– Там, на полу, есть красная крышка, – подсказала Лиз. – Под ней – аптечка первой помощи.
В углублении лежали три пластиковые коробки. На одной было написано «Вода», на другой «Пища», на третьей нарисован красный крест.
Я вынул ампулу с нашатырем и разломил ее под носом у Дьюка. Мгновение он не реагировал, потом отвернулся и закашлялся. Приступ длился несколько секунд. Он откашлялся и посмотрел на меня. Затем поднял голову и обвел взглядом полутемный вертолет, отыскал глазами Лиз, снова посмотрел на меня и вдруг заявил:
– Надеюсь, она трахается так же лихо, как летает.
Я испуганно оглянулся – не дай бог услышит Лиз. Но она прижимала руками наушники и к чему-то внимательно прислушивалась. Слава Создателю!
Я наклонился к нему и шепнул:
– Расскажу, когда выясню. В ответ он ухмыльнулся.
– Это я тебе расскажу, когда выясню. Я сел рядом.
– Хотел спросить, все ли с тобой в порядке? Теперь вижу, что все.
Дьюк ненадолго закрыл глаза, словно что-то припоминая.
– Инвентаризация прошла успешно, – сообщил он и открыл глаза. – Все на своих местах.
– Ты уверен? Вид у тебя – как после хорошего мордобоя.
Он хотел приподняться.
– Да, немного ушибся, если ты об этом. Но лучше бы… – В его взгляде мелькнула тревога. – Ого, кажется, я обделался.
– Вот и славненько. А то я боялся, что придется рассказать тебе об этом.
К нам присоединилась Лиз. Она присела на корточки рядом с Дьюком и приложила пальцы к его сонной артерии.
– Пульс хороший. – Она вытащила из нагрудного кармана фонарик-карандаш и посветила Дьюку в глаза. – Зрачковый рефлекс тоже нормальный. Дайте-ка санитарную сумку, лейтенант.
Дьюк насупился, когда она стала крепить у него на лбу электроды. Датчики напоминали миниатюрные покерные фишки.
– А без этого нельзя? – обиженно буркнул он. Полковник Тирелли молча продолжала наклеивать электроды. Потом расстегнула рубашку и пристроила еще три штуки на его груди. Я передал ей прибор.
– Ш-ш. – Она приложила палец к губам и, нажав на кнопку, внимательно посмотрела на экран. Затем с уважением оглядела Дьюка. – Если не считать нескольких царапин, вы в отличной форме.
Дьюк сухо ответил:
– Я мог бы сказать вам об этом без всяких приборов.
– Конечно, но выслушать мнение постороннего не помешает, правда? – Она встала.