Лицо. Я хотел было позвать Дьюка, но побоялся спугнуть, привидение. Я шагнул еше. Медленно. Лицо не двигалось. Глаза моргнули. Хотелось бы знать, куда запропас-тились Лиз с Дькжом. Надо предупредить их, чтобы не шумели.
Еще один шаг. Очень медленно я поднял руку, засло-нив глаза от солнца и сверкающей пыли. Из-за куста на меня смотрели большие золотистые глаза на розовом пушистом лице. Не червь. У них нет лиц – только два глаза, вернее, нечто похожее на глаза, и некое подобие рта. А морда не более выразительна, чем у улитки. Это. же – явно лицо. Почти… человеческое. Я не мог разо-брать, покрыто оно розовым мехом или просто припоро-шено пылью. Но если держать пари, поставил бы на по-следнее.
Я шагнул и теперь стоял на последней ступеньке трапа. Еще один шаг…
В. Что произойдет, если постучать по спине подавившегося хторранина?
О. Он откашляется и сожрет сердобольного помощника.
14 КРОЛИКОСОБАКИ
Понять, в чем заключается твоя глупость, – значит наполовину поумнеть.
… И тут в люке появился Дьюк.
– Что предпочитаешь, Джим: огнемет или фризер? Глаза пропали. Я успел лишь заметить, как мелькнуло пушистое тельце, и все исчезло. Осталось лишь розовое облачко.
– Черт!
– Что стряслось? – спросил Дьюк.
– Там что-то вроде гуманоида. – Где?
– Да вон там, наверху!
Я спрыгнул с трапа и провалился по грудь в розовую пудру, подняв целую тучу пыли. Не обращая на это внимания, я направился к кусту, за которым пряталось маленькое создание. Пудра была легче сахарной ваты и тоньше паутины.
– Джим, погоди! Вдруг это хторр.
– Что я, червя не узнаю? Это гуманоид!
– Стой! Возьми фризер. – Дьюк остановился на последней ступеньке трапа, держа длинную трубку и два небольших баллона с жидким азотом. Трубка, размером почти с меня, соединялась с баллонами жестким серебристым шлангом. Мне уже приходилось работать с такими штуками. Я быстренько приладил все ремни: баллоны оказались у меня за спиной, а в руках трубка, с помощью которой направлялась струя замороженного аэрозоля. Чудесный способ для отбора проб.
Дьюк пошарил за спиной и достал огнемет.
– Ладно, пойдем посмотрим. Появилась Лиз с лазерной винтовкой. Дьюк махнул рукой.
– Нет, вы останетесь в машине. Включите передатчик и держите его наготове.
Всякое может случиться.
Я знал, что он имеет в виду. Мы могли не вернуться, но обязаны были успеть передать ту информацию, за которой отправлялись.
Лиз согласно кивнула.
– Я прикрою вас отсюда.
– Отлично. Пошли, Джим.
Мы двинулись, увязая в пудре почти по плечи. Я оглянулся и помахал рукой.
Ответила ли Лиз, не знаю – надо было смотреть под ноги.
Нижние слои пудры уплотнились, но тем не менее с каждым шагом мы увязали все глубже и глубже. Стоило ли вообще затевать экскурсию? Я поднял раструб фризера над головой, и тут меня осенило.
Отрегулировав фризер на широкую струю, я направил его вперед и слегка нажал на спусковой крючок. Из раструба со свистом вырвалось белое облако; в воздухе прокатилась волна обжигающего холода. Розовая пыль затрещала, зашипела и затвердела.
– Славно поджарило! – закричал я.
– Что? – не понял Дьюк.
– Горячая штука, говорю, этот жидкий азот! Я шагнул на хрустящий лед.
Дьюк с ворчанием следовал за мной.
– Жидкий азот может быть каким угодно, но только не горячим.
– Ты же понимаешь, о чем я.
Он пробормотал что-то неразборчивое. Я не стал переспрашивать.
Под действием жидкого азота пудра сверху покрылась хрупкой морозной коркой, а на глубине сверхзаморозка превратила зыбучую пыль в нечто напоминающее сухой снег – идти стало легко. Ноги не вязли, мерзлая пудра поскрипывала. Через каждые несколько шагов я останавливался и обрабатывал очередной участок. Позади в высоких розовых сугробах оставалась глубокая борозда.
Кроме них, ничего не было видно. Сугробы возвышались с обеих сторон как стены.
Скорее всего, мы оказались в неглубокой ложбине, по-видимому высохшем русле реки. Мы были полностью лишены обзора, конечно, если кроме розовой мути там находилось что-нибудь достойное внимания.
Куст, к которому мы направлялись, рос на холме. Поднимаясь в розовой завесе, мы обнаружили, что постепенно выбираемся из пыли. Теперь она доставала только до пояса и продолжала быстро убывать.
Вероятно, мы шли по крутому западному берегу, но сказать наверняка было трудно.
Некоторые поймы в Калифорнии в ширину достигают километра. Мы словно попали в настоящую пустыню. Или в лунный кратер. Или на чужую планету. Интересно, есть ли такое на Хторре?