— Во-первых, лишь у него одного из присутствующих здесь есть этот врожденный дар. Во-вторых, мой артефакт почувствовал исходящую от него угрозу, а это, как ты знаешь, весомый аргумент. И, наконец, в-третьих, он сам во всём признался мне, когда я прижала его к стенке.
— Но зачем это Ричарду? — и опять же я знал ответ, но надеялся, что я ошибаюсь.
— Таким образом он пытается отомстить за смерть своих родителей. Он не спал той ночью, когда вы с Тором разговаривали, сидя на крыльце, и слышал каждое ваше слово. Он слышал, как ты открыто признался в том, что являешься виновником гибели Сэма и Кайсы.
— Я отдавал себе отчёт в том, что если он узнает, наши отношения с ним испортятся, но ведь не до такой же степени! Пятилетний ребёнок хочет убить? Да это же настоящий монстр, а не ребёнок! Чудовище!
— Нет, Локи, именно ребёнок. Будь он взрослым человеком, он бы смог трезво оценить ситуацию и понять, что ты, хоть и косвенно виновен, но всё же не заслуживаешь смерти. Ричард вовсе не злодей, поверь. Он просто сам не ведает, какой грех вознамерился сотворить, он не понимает… Мальчик просто пытается повторить то, что увидел в фильме, вот и всё.
— А причем здесь фильм? — удивился я.
— Рич рассказал мне, что в том боевике, который показал ему Тор, плохие люди убили родителей главного героя, и он решил отомстить им. Ради этого он много тренировался и страдал, но в конце фильма ему всё же удалось убить злодея. И глупый малыш решил, что этот фильм про него, и злодей в нём — ты. Пойми, после гибели родителей он испытал колоссальный стресс, и ему просто нужен был объект сосредоточения накопленного в нём негатива. Поначалу он находился в замешательстве, не зная, кого обвинять, но после того, как ты открыто признал себя виновным, всё, как ему показалось, встало на свои места. А боевик научил его, что делать в такой ситуации. Научил всему, вплоть до мельчайших деталей. В фильме одним из героев было сказано: «Используй то, что получается у тебя лучше всего», и Рич так и сделал — стал использовать различную технику, как орудие убийства. Вспомни, он ведь всегда был рядом, когда с тобой случались неприятности.
— Да, наверное, — вполголоса произнёс я, чувствуя, что внутри у меня всё похолодело. — В штаб-квартире, когда меня ударило током, у бассейна, в котором я чуть не утонул, и в медицинском отсеке, где отказали приборы, он, наверное, тоже присутствовал. Да уж, ну и сыночек мне попался!
— Мой приёмный сын, знаешь ли, тоже не подарок. — Фригга слабо улыбнулась.
— Да, твой сын совершил много глупостей, но он никогда, повторяю, никогда не пытался тебя убить! Я сейчас просто не знаю, что мне делать, настолько абсурдная сложилась ситуация. Не знаю, как реагировать на это.
— Ты должен поговорить с ним, Локи, сам. Я пыталась убедить его, что он заблуждается, но он не захотел меня слушать. Оно и понятно: кто я для него? Ворчливая старая бабушка. Нет, если кто и сможет убедить его остановиться, то только ты.
— Знаешь, мне как-то не особо хочется вести светские беседы с человеком, который трижды меня чуть не прикончил!
— А ты попробуй посмотреть на ситуацию не своими, а его глазами. Попробуй представить, что он чувствует сейчас. Ему страшно, он сам в себе запутался, ему кажется, что его окружают одни враги. Знакомое чувство, не правда ли? Так протяни ему руку помощи, не дай ему упасть.
— Ага, конечно! Он моей смерти жаждет, а я буду пытаться ему помочь?
— Только так ты сможешь исправить ситуацию. Это тяжело, не скрою, но ты должен попытаться. И чем раньше состоится разговор, тем лучше. Тебе нужно показать Ричарду, что ты его понимаешь и любишь несмотря ни на что, и возможно именно это заставит его остановиться и осознать, что в действительности он не хочет твоей смерти. На время разговора тебе придется забыть о собственных чувствах. Думай только о чувствах Ричарда.
— Почему я должен думать о его чувствах, когда ему самому на меня плевать?
— Потому что он ребёнок, а ты взрослый, и от того, как ты себя поведешь, зависит его дальнейшая судьба. Ты должен исцелить его душевную рану, не дать ей разрастись и поглотить его целиком, по аналогии с пространством.
«Мои бы душевные раны кто-нибудь исцелил», — подумал я, но вслух эту мысль так и не высказал, а Фригга продолжила:
— Поверь, если ты сейчас не дашь ему оступиться, в будущем он будет бесконечно тебе благодарен, как ты сам сейчас благодарен мне. Всё хорошее, что ты ему сейчас подаришь — любовь, терпение, внимание и заботу, непременно к тебе вернётся.
— Хорошо, я попробую. — Мне совсем не хотелось этого делать, но я понимал, что это единственный выход. — Только возьму артефакт и бластер на всякий случай. А то вдруг ему надоест меня слушать, и он решит прикончить меня на месте?
— В таком случае ты не должен выходить за рамки самообороны. Защищайся, но не причиняй малышу вреда, даже если сработает боевой инстинкт, и тебе захочется это сделать. Держи себя в руках. Это самое главное.
— Где сейчас Ричард?
— Там же, где и был. В штаб-квартире.
Я устало кивнул, надел цепочку с Пересмешником и вышел на улицу, раздумывая над тем, что именно буду говорить.
========== Чужой ребёнок ==========
Ричард сидел на верхней полке, свесив вниз ноги, и отчуждённо глядел на групповой снимок «Звёздного Патруля». Я, пытаясь привлечь к себе внимание, негромко кашлянул. Никакой реакции. Меня для мальчика словно не существовало.
— Эй, послушай, Рич, — я сделал пару несмелых шагов навстречу ребенку. — Я всё знаю. Я знаю, что ты хотел убить меня, и я… совсем тебя не осуждаю. Наверное, это будет правильно, если я получу по заслугам, но я хочу, чтобы ты знал. Твоих родителей убил не я, а наёмники из «Чёрного Квадрата».
— Откуда мне знать, что это не ложь?! — никогда бы не подумал, что детский голос может звучать так озлобленно.
— Твои родители были моими друзьями, и их смерть нанесла мне такую же боль, как и тебе. Посмотри на фотографию. Видишь, мы вместе: я и твои мама с папой.
— Всё равно я тебе не верю! Ты всегда мне лгал! Ты солгал про дверь в другой мир! Никакой двери не существует, как и никакого другого мира! Они не ушли никуда, а просто погибли. Их не стало!
— Я не лгал, я просто старался показать тебе это с другой стороны… — я пытался оправдаться, но выходило неубедительно.
— Ты сам признался, что кровь моих родителей на твоих руках! Я слышал это своими ушами!
— Это совсем не то, что ты думаешь. Просто… если бы я не пришёл к вам, наёмники не убили бы маму и папу.
— Значит ты не должен был приходить! — как же сейчас голос ребенка напоминал мне свой собственный внутренний голос.
— У меня не было другого выхода. — Так говорили мне Тор и Фригга, и я понимал, что, в общем-то, они были правы.
— Нет, был! Ты должен был сам умереть. — И эта мысль неоднократно приходила мне в голову.
— Нет, Рич, мне нельзя было умирать. — И вновь я воспользовался аргументом матери.
— А им, значит, можно было?! — вознегодовал ребёнок. — Почему ты считаешь, что ты лучше моих мамы и папы?
— Я совсем так не считаю, и дело тут не во мне, а в моём предназначении. Понимаешь, я выполнял очень важное задание. Мне нужно было доставить диск на базу, а если бы я погиб, то его забрали бы наёмники.
— То есть какой-то диск для тебя важнее моих родителей? — глаза мальчика наполнились слезами. — Ты лжёшь! Лжёшь! Ты просто боялся умереть и хотел, чтобы мои родители умерли вместо тебя! Я тебя ненавижу! Ненавижу! Я убью тебя когда-нибудь! — на этом моменте ребёнок просто захлебнулся в собственном плаче, потеряв способность связно говорить.
— Ты думаешь, я не понимаю, что ты сейчас испытываешь? — тихо и спокойно спросил я, хотя в душе мне тоже хотелось разреветься. — Ошибаешься. Я прекрасно тебя понимаю. Обида, гнев, жажда мести — как же мне всё это знакомо. Да, Рич, я в своё время пошёл по такому пути, и знаешь, куда он меня привел? В темницу! Послушай, я тебя намного старше, и знаю, как ты должен поступить сейчас, чтобы в дальнейшем избежать проблем.