- Надо прыгнуть на край, иначе не спружинит, будет неинтересно, и коленки не сгибай! – плавая чуть в стороне, кричал Вовка.
А на противоположном берегу тетушки, дядечки и какие-то дети наблюдали за моим подвигом. Я уже и рада не была, что ввязалась в эту авантюру. Куда меня понесло?! Мне было откровенно страшно, но пересилив себя, потоптавшись и поерзав, я все-таки прыгнула на край доски. Доска не хило прогнулась под моей не спортивной тушкой и толкнула меня вверх. Мелькнули, зарождающиеся на вечернем небосводе звезды…
Ни «ласточки», ни «солдатика», ни даже элементарной «бомбочки» я не сделала, помню только как беспорядочно и судорожно мотались мои руки-ноги в поисках опоры. Единственное, что вышло хорошо, так это дикий ор, спугнувший в округе всех птиц, пару дней потом болело сорванное горло. Перед глазами мелькал то окрестный пейзаж, то вода, то небо. Мне показалось, что летела я невероятно долго. Приземление, то есть приводнение, вышло жестким, я бы даже сказала – жестоким. Каким местом я вошла в воду, сказать не могу, но дух из меня вышибло на раз. Вода сомкнулась надо мной и я стремительно пошла на дно. Несколько секунд я не могла понять, где верх где низ, выручило то, что плаваю я хорошо, воды не боюсь, и как-то само собой сориентировалась в темноте, я стала вырываться на верх. Воздух из легких вышибло при падении, но сил вынырнуть хватило. С дико выпученными глазами я стала судорожно хватать живительный кислород разинутым ртом.
После нескольких вдохов, первое, что я услышала, был громкий Вовкин хохот, эхом отдавался такой же сумасшедший смех с нашего «дачного» берега, зрители оценили мой бенефис. Какой-то дяденька свистнул и попросил прыгнуть на «бис» еще разок. Второе, что ввергло меня в еще больший шок, было то, что верх моего купальника повис у меня на ушах, зацепившись за них тоненькими завязочками. Дернув мелкие тряпочки с головы, я судорожно стала пристраивать их на место. И тут, о ужас!!! Я обнаружила полное отсутствие нижней части купальника…
Вовка, видя, что я не плыву к берегу, поплыл ко мне. Ему было смешно. А моя паника все больше нарастала. Я попыталась нырнуть, но тут же оставила эту затею, поскольку было уже довольно темно, и плавки я бы не увидела, а еще я откровенно побоялась мелькнуть голым задом перед парнем.
- Не подплывай! – истерически заголосила я.
- Ты чего? – не понял Вовка, - чего случилось? – ничего не понимая, он продолжал приближаться.
Понимая, что сама не справлюсь, я была вынуждена признаться, что потеряла трусы… Вовка от смеха, чуть не утонул. Попросив меня, отплыть чуть в сторону он по-джентельменски нырял минут пятнадцать, пока не выбился из сил, но нижняя часть моего купальника так и осталась где-то в воде.
- Давай ты где-нибудь в камышике спрячешься, пока не стемнеет – предложил Вовка.
- Да где тут спрячешься?! Мою голую ж-пу и с того и с этого берега будет видно! – рявкнула я в ответ.
Как назло, народ продолжал, не смотря на сгущающуюся темноту, купаться, жара доконала всех, идти спать в душные дома никто не спешил. Настроение стало совсем никудышным. Я замерзла, и хотелось плакать от стыда и унижения. Тут на Вовку сошло озарение:
- Слушай, а у нас на том берегу покрывалка осталась, завернешься в нее и до дачи спокойно дойдешь. И вылезти там можно, никто в том месте не купается, только рыбу иногда ловят.
И мы поплыли к нашему берегу. Вовка выбрался первым, взял покрывало и растянув его перед собой, отгородил меня от берега и от своих глаз. Оскальзываясь и пригибаясь, я выбралась на сушу. Вовка плотненько завернул меня, оставив снаружи только голову. Почувствовав, хоть какую-то защиту, я заплакала.
- Да ладно, чего ты, ни кто ж ничего не видел, я тоже не подглядывал, честно… - растерялся Вовка. И приобняв меня за плечи повел домой. Расстроенная я топала, прижавшись к теплому боку друга, а слезы так потихоньку и капали.