Она начала всячески себя поносить. Мери хотела остановить ее, но Тод не дал. Фей начала представляться, и он чувствовал, что если ей не мешать, то она сумеет как-нибудь спрятаться от горя.
- Она выговорится и утихнет, - сказал он.
Покаянным голосом Фей стала рассказывать, что произошло. Она пришла со студии и нашла Гарии в постели. Она спросила, как он себя чувствует, и, не дождавшись ответа, отвернулась от него, чтобы посмотреться в зеркало. Потом стала пудриться и сказала ему, что видела Бена Мёрфи и что если бы Гарри чувствовал себя лучше, Бен, может быть, занял бы его в эпизоде на Бауэри-стрит. Ее удивило, что, услышав имя Бена, Гарри не закричал, как обычно. Он завидовал Бену и всегда кричал: «Да пошел он к черту, я знал его, когда он плевательницы у негров в баре чистил».
Она сообразила, что ему, наверное, нехорошо. Но не обернулась, потому что увидела намечающийся прыщик. Он оказался всего лишь пятнышком грязи, которую она стерла; но после этого ей пришлось пудриться сызнова. Занимаясь этим, она сказала, что, если бы у нее было новое вечернее платье, она могла бы сняться в костюмной массовке. И чтобы подразнить его, пригрозила: «Если ты не можешь купить мне вечернее платье, я найду кого-нибудь, кто сможет».
Когда он ничего не ответил, она разозлилась и запела «Елки- палки». Он не сказал, чтобы она замолчала, и она поняла, что ему плохо. Она подбежала к кушетке. Он был мертвый.
Закончив рассказ, она зарыдала тоном ниже, почти воркуя, и начала раскачиваться взад-вперед:
- Бедный папа… Бедный, миленький…
Как они веселились вдвоем, когда она была маленькой. И как бы ему ни было туго, он всегда покупал ей конфеты и кукол, и как бы он ни устал, он всегда играл с ней. Он носил ее на закорках, и они катались по полу и хохотали, хохотали.
Рыдания Мери подхлестнули Фей, и обе зашлись в плаче.
В дверь постучали. Тод открыл и увидел миссис Джонсон, привратницу. Фей помотала головой, чтобы он ее не пускал.
- Зайдите попозже, - сказал Тод.
Он захлопнул дверь у нее перед носом. Минутой позже дверь опять отворилась, и миссис Джонсон нахально вошла. Она воспользовалась отмычкой.
- Уйдите, - сказал он.
Она попыталась протиснуться мимо него, но он держал ее, пока Фей не велела ему отпустить.
Миссис Джонсон ему активно не нравилась. Это была назойливая, суматошная женщина с мягким и пятнистым, как печеное яблоко, лицом. Позже он обнаружил, что ее коньком были похороны. Увлечение похоронами имело не болезненный характер, а скорее церемониальный. Ее интересовало красивое расположение венков, порядок процессии, одежда и поведение провожающих.
Она подошла прямо к Фей и остановила ее рыдания коротким:
- Что ж, мисс Гринер…
В ее голосе и манерах было столько властности, что она преуспела там, где Мери и Тод потерпели неудачу.
Фей смотрела не нее почтительно.
- Во-первых, милая, - сказала миссис Джонсон, загибая большой палец на правой руке указательным пальцем левой, - во-первых, вы должны понять, что моя единственная цель в этом деле - помочь вам.
Она сурово посмотрела на Мери, затем на Тода.
- Выгоды мне от этого никакой, а только одно беспокойство.
- Да, - сказал Фей.
- Так. Чтобы помочь вам, я должна сперва выяснить некоторые детали. Остались ли после покойного какие-нибудь деньги или страховка?
- Нет.
- У вас есть деньги?
- Нет.
- Вы можете их занять?
- Не думаю.
Миссис Джонсон вздохнула:
- Тогда его придется хоронить за казенный счет.
Фей молчала.
- Разве вам не понятно, детка, что за казенный хоронят только в могиле для бедняков?
Столько презрения было вложено в «казенный» и столько ужаса в «бедняков», что Фей залилась краской и снова зарыдала.
Миссис Джонсон притворилась, что уходит, и даже сделала несколько шагов к двери, но передумала и вернулась.
- А сколько стоят похороны? - спросила Фей.
- Двести долларов. Но можно хоронить в рассрочку - пятьдесят долларов сразу и по двадцать пять в месяц.
Мери и Тод вмешались хором:
- Я достану деньги.
- У меня есть немного.
- Вот и отлично, - сказала миссис Джонсон. - И по меньшей мере еще пятьдесят вам потребуется на непредвиденные расходы. Я этим сейчас займусь и все устрою. Вашего отца похоронит мистер Холсеп. Он сделает это как надо.
Она пожала руку Фей, словно поздравляя ее, и торопливо ушла.
Деловой разговор миссис Джонсон, видимо, пошел Фей на пользу. Она подобрала губы, и глаза ее высохли.
- Не беспокойтесь, - сказал Тод. - Денег я наберу.
- Нет, спасибо, - сказала она.
Мери открыла сумку и вынула свернутые в трубочку деньги.