Он благополучно доехал и вышел из поезда на Центральном вокзале. Сначала его слегка ошарашила суматоха большого города, но когда таксист стал его зазывать, у него хватило духа отрицательно покачать головой.
Однако таксист был малый настойчивый.
- Куда желаете попасть, молодой человек, - спросил он с фальшивым подобострастием. - Вам случайно не в отель «Риц»?
Лем тщательно приладил свои искусственные челюсти и сказал:
- Это, кажется, дорогая гостиница?
- Да, но я могу отвезти вас в дешевую.
- Сколько это будет стоить?
- Три с половиной доллара и полдоллара за багаж.
- Вот весь мой багаж, - сказал Лем, указывая на тряпичный узелок красного цвета.
- Тогда я отвезу вас за три доллара, - сказал водитель, надменно улыбнувшись.
- Спасибо, но лучше я пройдусь пешком, - сказал наш герой. - Я не могу заплатить такую сумму.
- Вы не дойдете. От вокзала до центра десять миль, - соврал таксист, не покраснев, хотя было совершенно очевидно, что они как раз и находились в самом центре города.
Не говоря худого слова, Лем повернулся и пошел своей дорогой. Он шел по людным улицам и мысленно поздравлял себя с тем, как удачно отбил первое нападение. Не растерявшись, он сэкономил десятую часть своих сбережений.
Лем увидел ларек, где продавали арахис, и на всякий случай приобрел пакетик.
- Я из провинции, - признался он продавцу, лицо которого показалось ему честным. - Не могли бы вы сказать мне, где тут поблизости недорогая гостиница?
- Почему бы нет, - отвечал тот, улыбнувшись прямоте собеседника. - Я знаю такую, где с вас возьмут всего доллар в день.
- И это называется дешево! - воскликнул герой. - Сколько же тогда берут в «Рице»?
- Я там никогда не останавливался, но, судя по всему, никак не меньше, чем три доллара.
- Вот это да, - присвистнул Лем. - Двадцать один доллар в неделю! Но зато уж, наверное, и обслуживание там отличное!
- Я слышал, там прилично кормят.
- Не будете ли вы так любезны сказать, как попасть в тот дешевый отель, о котором вы упомянули?
- Разумеется, скажу.
Продавец орехов направил Лема в гостиницу «Коммерсант». Это заведение было расположено на узкой улочке недалеко от Бауэри и никак не относилось к модным отелям. Однако его ценили мелкие коммерсанты, и нашему герою там понравилось. Он никогда до этого не видел роскошных отелей, и это пятиэтажное здание с конторами на первом этаже показалось ему в высшей степени импозантным.
Лем поднялся в свой номер, положил узелок, затем спустился вниз и узнал, что скоро будет обед. Он ел с аппетитом деревенского парня. Стол не отличался изысканностью, но по сравнению с тем, чем потчевали его в заведении мистера Парди, это было божественное пиршество.
Пообедав, Лем спросил у служащего отеля, как попасть на Пятую авеню. Ему посоветовали дойти пешком до Вашингтон-сквер, а затем сесть на автобус, идущий к центру.
Получив удовольствие от поездки по великолепным улицам Нью- Йорка, Лем вышел из автобуса у магазина, на котором красовалась вывеска: «АЗА ГОЛЬДШТЕЙН. Колониальные особняки и интерьеры».
В витрине он увидел дом, в котором прожил всю жизнь.
Сначала бедняга не мог поверить своим глазам. Тем не менее все было как в Вермонте. Его неприятно поразила запущенность родного жилища. Когда они с матерью в нем обитали, дом был в лучшем состоянии.
Наш герой стоял и глазел на него так долго, что привлек внимание одного из служащих. Этот учтивый господин вышел на улицу и обратился к Лему.
- Любите новоанглийскую архитектуру? - осведомился он, прощупывая почву.
- Нет, сэр, просто меня заинтересовал именно этот дом, - честно сознался Лем. - Раньше я в нем жил. Собственно, в нем я и родился.
- Как интересно, - вежливо отозвался служащий. - Не желаете ли войти внутрь и осмотреть все как следует?
Наш герой последовал за обходительным собеседником, дабы лучше взглянуть на родное обиталище. По правде сказать, он взирал на него сквозь пелену слез, ибо думал только о пропавшей матери.
- Не будете ли вы так любезны снабдить меня кое-какой информацией, - сказал служащий, указывая на старый комод. - Куда бы ваша мать поставила его, если бы он ей принадлежал?
Лем сразу подумал, что мать отправила бы комод в сарай, но, увидев, что служащий был определенно высокого мнения об этом предмете, решил поступить дипломатично. Чуть поразмыслив, он указал на место рядом с камином: