- В Оттсвилле, штат Вермонт, - отвечал Лем. - Я не отличу короля от валета и не жалею об этом.
Не смутившись, уроженец округа Пай продолжил:
- Я тебя научу. Давай сыграем в покер.
Тут заговорил мистер Уиппл.
- В нашем лагере азартные игры строго-настрого запрещены, - твердо сказал он.
- Какой бред, - прокомментировал незнакомец. Заядлый игрок, он надеялся неплохо подзаработать, обчистив компанию.
- Может, и так, - отрезал мистер Уиппл. - Но это уж наше дело.
- Послушай, друг, - сказал миссуриец. - Ты соображаешь, с кем говоришь? Я сею гибель и разрушение, потому как я сорвиголова и удалец-молодец.
- Это мы уже слышали, - спокойно отвечал мистер Уиппл.
- Гибель и разрушение! - повторил тот, свирепо оскалившись. Знаете, как я обошелся с одним типом на прошлой неделе?
- Нет, - честно признался мистер Уиппл.
- Ехали мы вдвоем через округ Альмеда. Я встретил его случайно, как вас сегодня, и рассказал ему, что однажды на меня напали четыре медведя, а я с ними быстро разобрался, хоть и был один как перст. Он расхохотался и сказал, что я, видно, здорово набрался и у меня в глазах двоилось. Знал бы он, с кем разговаривает, так прикусил бы язык!
- И что же вы сделали? - с испугом спросила Бетти.
- Что я сделал, мэм? - вскинулся человек из округа Пайк. - Для начала сообщил ему, что он не знает, кого оскорбил. Сказал, что я сорвиголова, удалец-молодец. Сказал, что вызываю его на смертельный поединок, и предложил выбирать оружие. Потом спросил, как он желает драться - зубами, клыками, ногами, руками, когтями, на ножах или на пистолетах, на ружьях или на томагавках.
- Он принял ваш вызов? - полюбопытствовал Лем.
- Куда ж ему было деться.
- Чем же закончился ваш поединок?
- Я прострелил ему сердце, - холодно сообщил миссуриец. - Теперь его кости гложут стервятники в каньоне.
25На следующий день человек из округа Пайк провалялся на своем одеяле до одиннадцати часов утра. Он встал, лишь когда Лем, Кочерга Уиппл и Джек Ворон вернулись с прииска, чтобы перекусить. Они были удивлены, увидев его в своем лагере, но из вежливости ничего не сказали.
Они не знали, что миссуриец давно уже не спал. Он лежал под деревом, следил за Бетти, хлопотавшей по хозяйству, и обдумывал грязный план.
- Я голоден, - свирепо заявил он. - Когда завтрак?
- Сейчас. Не желаете ли присоединиться? - спросил мистер Уиппл с сарказмом, который не был замечен грубияном.
- Благодарю, незнакомец, а почему бы и нет? Мои запасы кончились задолго до того, как я вышел на ваш лагерь, а пополнить их было негде.
Он ел с таким аппетитом, что мистер Уиппл забеспокоился. В лагере кончалось продовольствие, и, если бы незнакомец продолжил в том же духе, пришлось бы срочно ехать в город за едой.
- У вас отменный аппетит, мой друг, - сказал мистер Уиппл.
- Не жалуюсь, - отвечал тот. - Плохо, что нет виски запить все это добро.
- Мы предпочитаем кофе, - сказал Лем.
- Кофе для детей, виски для настоящих мужчин, - последовал ответ.
- И все же я предпочитаю кофе, - возразил Лем.
- Тьфу! - отозвался его собеседник. - Лучше уж снятое молоко. Нет, мне подавай виски или самогон.
- Чего мне не хватает в лагере, - сказал мистер Уиппл, - так это тушеных бобов с черным хлебом. Когда-нибудь пробовал их, дружище?
- Нет, - сказал миссуриец, - пища янки не для меня.
- Что же вы любите больше всего? - спросил Лем с улыбкой.
- Солонину с мамалыгой, кукурузные лепешки и сорокаградусную!
- Кто к чему привык. Я люблю бобы, черный хлеб, пирог с тыквой. Когда-нибудь пробовали пирог с тыквой?
- Да.
- Понравилось?
- Так себе.
Незнакомец поглотил гору еды и выпил шесть или семь чашек кофе. Мистер Уиппл понял, что ему придется ехать в город за пополнением запасов.
Уничтожив три банки ананасов, человек из округа Пайк закурил сигару мистера Уиппла, даже не спросив разрешения, и сделался весьма общительным.
- Ребята, - начал он, - вы когда-нибудь слышали, что у нас произошло с Джеком Скоттом?
- Нет, - сказал мистер Уиппл.
- Мы с Джеком крепко дружили. Вместе охотились, неделями жили в одной палатке и вообще были как братья. Однажды мы ехали верхом, и вдруг ярдах в пятидесяти перед нами выскочил олень. Мы оба вскинули ружья и выстрелили. В олене оказалась только одна пуля. Моя! Я сразу это понял.
- Как же вы это поняли? - спросил Лем.
- Очень ты любопытный, парень. Понял, и все тут. Но Джек решил, что это пуля его. «Это мой олень, - сказал я, - ты ошибаешься. Промазал как раз ты. Думаешь, я не узнаю свою собственную пулю?» - «Думаю», - отвечает он. «Джек, - спокойно роняю я, - не надо так говорить - это опасно». - «Думаешь, я тебя боюсь?» - говорит он наглым тоном. «Джек, - отвечаю, - ты меня не выводи из себя, я ведь диким котам хвосты отрываю». - «Со мной дело будет посложнее», - фыркнул он. Это было слишком! Я удалец- молодец из округа Пайк, штат Миссури, и никто не смеет оскорблять меня, не заплатив за это жизнью. «Джек, - говорю я, - мы были закадычными друзьями, но ты меня оскорбил и должен заплатить за это жизнью». Я поднял свое ружье и прострелил ему голову.