Фишман перестала делать телодвижения и заявила, что такого оригинал-макета у нее нет, а есть совсем другой, соответствующий номеру заказа. Та работа была оплачена предвыборным штабом Василия Колыванова, контактные телефоны которого, к сожалению, после выборов не сохранились, и вообще, зачем-таки вы явились целой толпой притеснять бедную частную предпринимательницу?
Алина занервничала — она понимала, что все происходит как-то не так. А я уже почти уверился в том, что с моей головой не все в порядке, и что пока мое сознание уснуло, тело Алексея Берестова на самом деле совершило подсудное свинство. Но странно, что в моей памяти так отчетливо сохранился образ рыжей девушки. Как это понимать?
Я чувствовал, что мои дела в любом случае дрянь. И, возможно, что я не скоро теперь смогу свободно гулять по улицам. Заявление, показания Алины… Свидетели из санатория. Зорин еще про какую-то экспертизу заикался. Если и экспертиза докажет, что у нас с Алиной были интимные отношения, мне придется готовиться к долгим годам зоны с соответствующей репутацией и понятным отношением со стороны окружающих. И никакой кандидат в депутаты не поможет, даже если бы он и победил на выборах. Ни в этом городе, ни в мертвом.
— Поехали на вокзал, — сказал Зорин водителю.
— Это еще зачем? — удивилась Алина.
— Надо найти кое-какие вещички.
Я уже понял, о чем говорил Зорин — он хотел отыскать мою дорожную сумку. Если честно, я не понимал, зачем она ему понадобилась, и мог только гадать — найдутся мои вещи или нет. Любой вариант вряд ли мог улучшить мое положение.
Оставив Алину в машине вместе с водителем, мы втроем вошли в здание вокзала и прошли в комнату для рабочей смены. Комнату я узнал, также как и обстановку — она была точно такой же, какой я ее помнил: металлические шкафчики, стеллажи, старый стол и старый шифоньер. В шифоньере моих вещей не было, и дежурный администратор заверил, что ничего чужого в этой комнате в последние дни, по крайней мере, не водилось.
— Вы по какой улице шли от вокзала к офису? — спросил меня следователь, когда мы сели в машину.
— Да по той же, по какой мы ехали…
— Название заметили?
— Сейчас нет.
— Поехали, — сказал Зорин.
Меня прокатили по улице Януша Корчака, мимо совершенно целых витрин сберегательного банка и супермаркета под названием «Гастроном № 7».
И тогда нас удивила Алина:
— Послушайте, эту улицу давно переименовали?
Боюсь ошибиться, но мне показалось, что следователь ждал чего-то подобного. И наконец-то дождался.
— Давненько, Алина Степановна. Уж лет десять, если не пятнадцать.
— Она всегда называлась улицей Энгельса! То есть, я понимаю, что это совсем не в духе времени… Но я точно помню, что еще на прошлой неделе здесь были другие таблички!
— Всякое бывает… Алексей Кириллович, напомните, куда вы потом пошли дальше?
Я сказал. «Уазик» тронулся вперед. Алина нервно вертелась на сиденье, напряженно смотрела по сторонам. Я очень хорошо ее понимал, но молчал, пока меня никто ни о чем не спрашивал.
… Игорный павильон здесь назывался «Монте-Карло», Зорин был прав. И тут я не мог сказать с уверенностью, что было на вывеске в моем Вантайске. Вроде бы «Монте-Кристо», но руку на отсечение я не готов был дать. И вдруг словно бы дежа-вю — на парковке у павильона я заметил серебристо-серый «Форд». Он стоял боком к нам. Я обратился к следователю:
— Петр Тимофеевич, я почти уверен, что номер у вон той машины шестьсот двенадцать или шестьсот пятнадцать. Я упоминал про этот автомобиль, помните?
И ткнул пальцем в лобовое стекло.
— Возможно, — процедил Зорин. — Давайте-ка подъедем ближе…
Номер у «Форда» оказался 613. И модель вроде другая…
— А какая должна быть? — поинтересовался Зорин.
— Не помню, — удивляясь сам себе, сказал я. — Что-то на букву «С». Но почему-то не могу сообразить.
Учитывая направление моей работы, мне должно быть стыдно не суметь с первого взгляда определить модель машины. Почему так, я не мог объяснить.
— «Скорпио»? «Сьерра»? — решил помочь следователь.
— Может, «Скарабус»? — вдруг спросила Алина.
— Нет такой модели, — сказал я.
— Ну как же нет? — удивилась Алина. — У папы моего, кстати, «Форд-Скарабус» девяносто восьмого года. Хотите посмотреть?
Теперь и водитель с интересом поглядел на девушку. Он тоже определенно знал, что такой модели в природе не существует.
— А что? — вдруг почти весело произнес Зорин. — Хорошее название для «Форда». Поехали, посмотрим…