— Ты и правда наглец! — возмутилась Хенджи. — А вдруг я против?
— Против так против, — беззаботно отозвался Юнхо. — Тогда поедем в следующий раз, когда ты перестанешь слушать своего полурослика и поймешь, что мне можно доверять. Ким Хонджун набивается к тебе в парни или что? Боится, что я тебя у него отберу.
— Нет, он просто беспокоится, хоть я и не знаю, почему. Тем более что у него есть девушка, какая-то молодая учительница начальных классов, только у них отношения на расстоянии, скучают друг по другу, наверное… Хонджун тебя не знает, вот и переживает, что ты можешь сделать мне что-то плохое.
Юнхо вскинул уголок губ. Как же неприятно от факта, что этот коротышка прав! Он действительно может и даже собирается, хоть сейчас и не был так в этом уверен. Главное — уломать девчонку на то, чтобы она уговорила Хонджуна и Ёсана пусть группу на фестиваль, а дальше как дело пойдет, почему бы не продолжать общаться? Юнхо не скрывал этого: Хенджи день ото дня начинала казаться ему всё более интересной и многогранной, и ему хотелось разгрызть этот крепкий орешек, узнать, что там у нее внутри и какую боль она всеми силами пытается скрыть. Что-то в этом есть — добиться откровенности от того, кто боится этой самой откровенности.
— Есть еще какие-то поводы грустить? — сделав заказ, спросил Юнхо, и сложил руки вместе. — Ты ведь наверняка не из-за администрации и афиш так расстроилась. Скажи, и я подумаю, как мы можем это исправить.
— Да всё из-за… Фонариков, — ответила Хенджи, впившись пальцами в волосы и проехавшись локтями по столу. — Я хотела, чтобы каждая семья запустила в День Света фонарик с именем человека, по которому тоскует, хотела, чтобы это стало символом надежды и для кого-то, может быть, толчком, чтобы жить дальше, чтобы все люди собрали свою скорбь и разделили ее друг с другом. Многим так стало бы легче, — она вздохнула и ненадолго опустила лоб на стол, тихо заскулив. В голосе почувствовалось внезапное отчаяние, немного сбившее Юнхо с толку. — Но я никак не могу придумать, что делать с этими фонариками, потому что они опасны, вот администрация и артачится. Нужно какое-то горючее, чтобы… Чтобы ничего не попало в лес и не спалило его дотла. Ёсан предлагает просто использовать свечи, но это… Не то…
— Фонарики? Это типа как в «Рапунцель» в память о погибшей принцессе? Такие ты хочешь? — спросил Юнхо, потерев друг об друга ладони. Хенджи грустно покивала.
Юнхо отвел взгляд, погрузившись в свои мысли. Для него День Света был очередным глупым городским праздником, на котором он просто хотел заявить на весь город о своей группе, но в таком ракурсе, в котором об этом фестивале рассказала Хенджи, он никогда его не рассматривал. А это действительно было бы впечатляюще и даже драматично… Объединить людей в общей скорби и дать надежду на лучшее, потому что у каждого есть те, по кому они скучают. Глубоко и красиво. Это как музыка — тоже связывает незнакомцев друг к другу общей болью или общей любовью. Потерев подбородок, Юнхо закусил внутреннюю сторону щеки, а потом в его голове щелкнула идея.
— Чонхо и Сонхва учатся на физиков, у них там и с химией много чего связано… Может быть, они смогут как-нибудь помочь, — наконец сказал он, пощелкав палочками и приступив к курице с овощами.
— Да брось! В интернете ничего нет об этих фонарях и горючем, все действуют по старинке, и ты думаешь, два студента с этим разберутся? Бред!
— А кто-то, думаешь, пытался что-то нахимичить, раз есть обычные фонари и плевать всем на последствия? — возразил Юнхо, уже начав печатать что-то Сонхва. — По-любому есть куча современных разработок, которые просто никто не использовал для подобных целей, но это вполне реально сделать, если захотеть. Не кипишуй, парни сейчас поговорят с одногруппниками и преподами и что-нибудь обязательно выдумают!
— Ты думаешь? — окрыленная надеждой, дрожащим голосом спросила Хенджи. — Юнхо, если у вас получится что-то придумать, то я буду очень, прям очень благодарна! Для меня это правда очень важно, пусть и может показаться пустяком! — она не сдержалась: встала и побежала к Юнхо в объятья, повиснув на его шее. — Спасибо, огромное тебе спасибо! — стараясь сделать так, чтобы слезы не покатились по ее щекам, Хенджи зажмурила глаза и сильнее сжала между пальцами складки ветровки.
— Это еще за что? Я же пока ничего не сделал, — опешив, он даже не сообразил, что неплохо было бы обнять Хенджи в ответ.
— Да хотя бы за то, что готов попытаться!
Услышав это, Юнхо медленно и робко скрепил руки на спине Хенджи и зарылся носом в ее волосы, не ожидая столь бурной реакции от столь серьезной и правильной девочки, не дающей обычно так уж много воли чувствам, хотя бы даже в прошлый раз. Однако что-то в ней было такое, что не могло оставить Юнхо равнодушным, и сейчас он просто улыбался, четко зная: он поможет с этими фонариками и организацией праздника, лишь бы только всё получилось. Идея фестиваля действительно оказалась намного глубже, чем казалось ранее.