Крепко обняв его за пояс, Хенджи спрятала лицо на его груди и наконец позволила себе это — не просто пролить слезы, а заплакать навзрыд, иногда вскрикивая и не стараясь больше засунуть свою боль глубоко, там, где ее никто не увидит. Юнхо ничего не говорил: только слегка покачивался, словно убаюкивая Хенджи, гладил ее по голове, убирал с лица волосы и крепко-крепко сжимал в объятьях, чувствуя, что и сам сейчас расплачется, однако знал, что не стоит этого делать. Пусть будет слабой, а он — сильным, тем, кто несмотря ни на что останется рядом.
— Я помогу тебе с фестивалем, всем, чем только смогу, — почти прошептал Юнхо, когда Хенджи немного успокоилась и затихла. — Обещаю тебе, я всё сделаю, тебе не нужно нести всё на себе в одиночку. И мы во что бы то ни стало придумаем что-нибудь с этими фонариками, чтобы было так, как ты себе это представляла.
— Спой мне что-нибудь, пожалуйста… — тихо проронила Хенджи, потершись о его грудь щекой. — Ты не представляешь, насколько у тебя на самом деле красивый голос.
Юнхо мягко отстранился, потянулся за гитарой, вынул ее из чехла, а потом, открыв в интернете текст песни и прокрутив в голове мелодию, провел пальцами по струнам, начав петь сразу со второго куплета.
— Столько дней плыл я, как в тумане,
Столько лет грезил наяву.
Как я жил, сам не замечая,
Что во тьме тонул?
Он сделал небольшую паузу, посмотрев в заплаканные глаза Хенджи, налившиеся нежностью и благодарностью.
— Рядом с ней звезды так сияют,
Рядом с ней этот мир расцвел.
Как во сне, открылось мне,
Что я судьбу нашел… — протянул он, повысив громкость голоса.
— Лишь сейчас я вижу свет, — продолжила вместе с ним Хенджи, —
Словно ночь вдруг отступила.
Лишь сейчас я вижу свет —
Купол неба голубой.
Он подскажет мне ответ,
Сердце вдруг стрела пронзила.
Всё вокруг вмиг переменилось.
Я теперь с тобой.
— Я теперь с тобой… — пропел один только Юнхо, сыграл финальные аккорды и ласково улыбнулся, заправив ее щелку. — Мне показалось, что это именно то, что ты хотела услышать, — он посмотрел на Хенджи, и та кивнула, смахнув последние слезы. — Поплыли к берегу? Доставлю тебя домой.
Юнхо догреб до причала в полном молчании, слушая только шелест волн, помог Хенджи выбраться из лодки и вызвал такси, написав сообщение Минги, чтобы забрал мотоцикл. Они ехали к дому, прижавшись друг к другу и глядя в окно, а как только показалось нужно здание, вышли на улицу вновь обнялись, не зная, что сказать друг другу и не будут ли слова лишними. Наконец отпрянув первым, Юнхо подвел Хенджи к калитке и прошептал только:
— Напиши, куда завтра подъехать. Свои обещания я держу.
— Я буду очень ждать завтра просто для того, чтобы увидеть тебя, — ответила ему Хенджи и, сложив ладони на его плечи, легонько чмокнула в щеку. — Так хорошо мне не было очень и очень давно.
Направившись к калитке и помахав на прощание, Хенджи зашла в дом, по тишине и выключенному свету поняла, что мама уже спит, и поднялась в свою комнату, затем выглянув в окно. Юнхо всё еще стоял там, на улице, сложив руки в карманы и запрокинув голову, наверное, надеясь еще раз увидеть Хенджи напоследок. Послав воздушный поцелуй, она дождалась, пока он сядет в машину, и направилась в душ, напевая себе под нос:
— Рядом с ним звезды так сияют,
Рядом с ним спала пелена…
Она забралась под теплые струи воды и намылила голову шампунем.
— Лишь сейчас я вижу свет, словно ночь вдруг отступила…
Надев халат и выскользнув из ванной, Хенджи вернулась в комнату, упала на кровать и прижала к себе рубашку Юнхо, которая при прощании так и осталась на ее плечах.
— Всё вокруг вмиг переменилось…
Я теперь с тобой…
Что с ней — Хенджи не знала, но сегодня для нее всё было особенным: и звезды на небе, и облака, и городской воздух, и вообще весь этот день. Из нахала Юнхо вдруг превратился в милого, чуткого и чудесного парня, которому не чужда чья-то боль, который сделал всё, чтобы помочь, и который гораздо глубже, чем ей казалось изначально. «Сердце вдруг стрела пронзила…» И многое изменилось.
Глава 6. Рамки приличия
Юнхо свое обещание сдержал: с утра он летел в гараж на репетиции, а после — в любое другое место, где требовалась его помощь, при этом подключая к делу парней, тоже вошедших во вкус. Сонхва и Чонхо изо всех сил старались что-то выдумать, беседовали с преподавателями, одногруппниками, копались в трудах ученых и нашли одно интересное горючее, которое на западе уже использовали для запуска бумажных фонариков. Пока что Юнхо сказал только это, а подробности пообещал сообщить при встрече. Прочитав с утра сообщение, Хенджи приблизила экран к глазам, не веря им, еще раз пробежалась по строчкам, а потом вдруг приникла губами к телефону и обняла его, беззвучно рассмеявшись и зажмурив веки, не зная, скакать ли ей от счастья, или плакать.