лучшее.
Песня закончилась, а плач не прекращался. Просто не верилось, что это всё происходит. Кто-то из толпы попросил признаться, что за девушка так обидела Юнхо, что он сочинил вот это, но он проигнорировал, только грустно усмехнувшись, однако затем всё же добавив:
— Это останется тайной.
Пришло время «Silver light». Хенджи боялась, что расплачется из-за этой песни, когда собиралась на праздник, а в итоге почти не слушала, прокручивая в голове слова предыдущей. Сама виновата… Прогнала, толком не выслушала, проигнорировала сидение Юнхо под ее окнами и его слова, переданные через Хонджуна. Ну и дура! Дослушав последнюю композицию, Хенджи поспешила прочь из толпы, к шатру, чтобы побыть одной, но мельком заметила, как парни спустились со сцены и Сонхва перехватил за руку тот самый человек в деловом костюме. Что ж… Оставалось верить, что у группы всё получится и они пробьются, как и мечтали.
А потом толпа и вовсе взревела, когда на сцену вышла та самая знаменитая группа, приглашенная на праздник. Только и слышно было, что крики восхищения, восторга и неверия происходящему. Особенно громкими оказались девушки. Хенджи знала, кто это, в другой ситуации даже порадовалась бы, но теперь она просто старалась успокоиться. Осталось всего минут двадцать до гвоздя программы — запуска фонариков. Надо немедленно взять себя в руки и сделать то, ради чего всё и затевалось, но у Хенджи не получалось. Она сидела словно в какой-то прострации, глядя в одну точку и не шевеля даже пальцем. Весь этот фестиваль навевал на нее приятные и одновременно горькие воспоминания. Всё напоминало о нем.
— Хорошо, что ты здесь… — вырвав Хенджи из плена воспоминаний, промолвил Хонджун. — Идем, ты мне очень нужна. Фонарики, всё такое… Я понятия не имею, как их запускать, тебе ведь тоже показывали?
— Так Сонхва и Чонхо…
— Пока что разговаривают с тем важным хреном. Идем! — Хонджун бесцеремонно схватил Хенджи, успевшую только схватить свой клатч, за запястье и потащил ее в обход толпы куда-то в город, преодолев и площадь, и ручей, и даже мост и подведя ее к реке.
— А ты хоть фонарики захватил?.. Да куда ты меня тащишь?!
— Конечно, захватил, даже два! — со смешком воскликнул Хонджун, не ослабляя хватки. — Вот номер один, а вот номер два, — он радостно указал пальцем на одинокую, качающуюся на волнах лодку и довольно сложил руки на груди, явно довольный тем, как Хенджи оцепенела, во все глаза глядя на сидящего внутри Юнхо, держащего весло. — Выслушай этого наглеца… Думаю, вам есть о чем поговорить, — сказал напоследок Хонджун, а вскоре его и след простыл.
— Я не стану заставлять, — мягко, скрывая грусть, проговорил Юнхо. — Если сейчас уйдешь, то я больше никогда тебя не потревожу. Но дай мне хотя бы возможность как следует извиниться и объяснить… О большем я не прошу, — он отпустил весло, встал и распростер руку по направлению к Хенджи. Та сомневалась всего несколько секунд, и всё же вложила свою ладонь в его.
Юнхо помог устроиться поудобнее и погреб вглубь реки, то и дело смотря по сторонам, чаще всего в небо — на звезды. Обняв себя за плечи, Хенджи делала то же самое, пока что наслаждаясь безмолвием, отдаляющейся музыкой и плеском воды. Так много хотелось сказать и при этом не хотелось нарушать тишину собственным голосом. Юнхо сделал это первым:
— Наверное, бессмысленно оправдываться, но я правда не хотел ничего плохого… Всё то, что я собирался сделать, было лишь от отчаяния и незнания, куда себя деть, вот только я… — он прикрыл глаза, стараясь собрать мысли в кучу и облечь их в слова. — На следующий же день понял, что выдумал ерунду, и понял, что разбить кому-то сердце мне совесть не позволит. Не знаю, веришь ли ты, но я правда никогда на самом деле не сделал бы кому-то больно ради собственной выгоды… Даже ради мечты. Думал, если мы с тобой поладим, то мне вовсе не обязательно будет говорить, с чего всё началось. А потом… сама знаешь. Мне было плохо без тебя, Хенджи. Действительно очень плохо, я даже собирался отказаться…
— Ёсан сказал мне, что ты хотел поставить Сана вместо себя, чтобы меня не расстраивать, — сглотнув небольшой ком в горле, перебила Хенджи. — Вы замечательно выступили, людям понравилось и меня… очень тронуло. Ты видел, как я плакала, да? Надеюсь, тебя это не сбило.
— Не сбило, но хотелось бросить гитару, спрыгнуть со сцены и обнять тебя, — признался Юнхо, робко протянув к ней руку. — Я написал ту песню буквально за пару дней, думал о тебе и боялся, что ты больше не захочешь меня видеть. Наверное, это будет нагло, но я всё же спрошу… — вдохнув полной грудью и набравшись смелости, после небольшой заминки он сказал: — У меня есть хоть один шанс вернуть тебя и снова заслужить твое доверие?.. Если есть, хотя бы маленький, еле заметный, то скажи мне об этом, пожалуйста… Мне нужно знать, могу ли я надеяться.