Завьялова притащилась на его защиту диплома и «поддерживала» Андрея в коридоре, раздражая своим присутствием до крайности. Но ее помощь в деле поиска англичанки он принял с благодарностью, а на вручении дипломов дал новый повод девушке на что-то надеяться. Надо сказать, что она там прекрасно выглядела — длинное летнее платье, светло-желтое со вставками полос с ярким цветочным узором, красиво облегало ее фигуру, подчеркивая волнующую округлость бедер и аппетитные ягодицы. Сшитое с широким низким воротом, платье открывало взору мужчин большие груди хозяйки, поддерживаемые удачно подобранным бюстгальтером, все это — в дополнение к распущенным волосам, полным обнаженным рукам, декоративной шнуровке, стянутой у пояса и постепенно расходящейся к бюсту, — все вместе придавало девушке несколько порочный, но, несомненно, сексуальный вид. Декан, вручая ей диплом, громко вздохнул, демонстрируя всем свое восхищение лаборанткой кафедры методики и одновременно свою грусть по тому, что она «ему не встретилась юная, нежная». «Какая-то мамаша Кураж в молодости», — сострил Куприянов на ухо Мирошкину, но тот не отреагировал. Неожиданный облик Завьяловой подействовал на него возбуждающе: «Как это я раньше ее не замечал. Бегала за мной. Я все удивлялся. Может быть, так же, как и я сегодня, она меня однажды «разглядела»?