Когда наутро, обсуждая гостей Киры, Андрей Иванович подивился столь скотскому обращению Сергея с Зиной, жена с презрительной миной на лице сообщила Мирошкину, что в этом как раз ничего удивительного нет, ведь Зинка бывшая проститутка. Андрей Иванович был потрясен. Нет, он, конечно, знал о существовании такого сорта женщин и даже был сторонником легализации проституции, хотя что лично ему могла дать эта легализация, вряд ли мог объяснить. Эти женщины существовали в каком-то параллельном пространстве — в качестве героинь «горячего» телевизионного сюжета об отлове «ночных бабочек» в результате милицейской операции, или как раздел в газете «Центр-плюс», которую регулярно засовывали в мирошкинский почтовый ящик. Там, сразу после предложений, исходящих от «потомственных» колдунов и колдуний, приворожить и заговорить помещались телефоны всех этих «Кисок», «Куколок-незабудок», «Дюймовочек», «Фей», «Студенток» и прочих «Моделей», суливших «Дешево» в течение 24 часов невнятные «Все», «Рай», «Досуг», «Выбор», «Массаж», «Развлечения» или вполне внятное «осущ. все фант. сост. дам и господ». Реальных проституток до встречи с Гречишниковой Андрей видел всего раз, когда они с Лавровой возвращались поздно вечером домой и в центре Москвы, недалеко от станции метро «Маяковская», натолкнулись на строй девиц, которых изучали мужики, сидевшие в нескольких автомобилях, припаркованных неподалеку. Андрея тогда охватило чувство гадливости. И вот у Киры такая же проститутка сидела с ними за одним столом. Тьфу!
— Как же Сергей с ней познакомился? — спросил Андрей Иванович жену.
— Да как?! Он ведь милиционер. Вообще часто услугами проституток пользовался. Слышал про «субботники» в отделениях милиции, когда проститутки бесплатно обслуживают милиционеров?
— Так он что же — на «субботнике» с ней встретился?
— Как романтично ты это назвал: «встретился». Нет, все было иначе. Только никому… Сергей рассказывал Олегу, Олег — Кире, а та — мне. Ты понял? Никому! Сергею приятели однажды предложили съездить на — как они сказали — «охоту». Их было четверо, каждому дали по такому специальному ружью, стреляющему шариками с краской, а охотиться они должны были на голых девок, которые в одних кроссовках с распущенными волосами бегали по лесу. Одна — Олег Кире рассказывал с такими подробностями, как будто сам там был, — так вот, одна здоровая с пятым размером — «лосиха», две другие мелкие — «зайчик» и «белочка», а Зинка — «лисичка», потому что рыжая. «Охотники» занимали места в кустах, а девицы бежали мимо по намеченному маршруту и собирали флажки. Это чтобы они не вздумали схитрить и сойти с дистанции. Вот «лисичку» Сергей и подстрелил. Потом они ужинали на трофеях — «подстреленные» девки, по-прежнему голые, изображали стол, на них положили круглую крышку, и они пару часов простояли на карачках, пока «охотники» ели. А потом каждый свой трофей трахнул. Говорят, такая «охота» — дорогое удовольствие… Уж не знаю, чем Сергея эта «лисичка» зацепила, вроде пожалел он ее — красивая девка, бегает по холодному осеннему лесу в чем мать родила, вся в синяках от шариков — в общем, он ее забрал. «Хозяева» с ментами спорить не стали. Теперь с ним живет. А сама приехала черти откуда. Из Сибири, что ли? Он ее одел, обул и куда-то собирается пристроить учиться…
Андрей Иванович был немало удивлен, когда обнаружил, что бывшую «дичь» пристроили учиться в институт, в котором он преподавал. Все-таки тесен мир! Он, правда, так и не понял — узнала его Зинаида или нет, — слишком стремительно она пропала. Ирка как-то рассказала мужу, что у Сергея с его «рыжей» — «ну, помнишь, на дне рождения у Киры, бывшая проститутка, ты еще на нее весь вечер пялился» — проблемы, «она опять запила». Жена клялась, будто не проговорилась о том, что Андрей Иванович учит Зинку, но Мирошкин боялся как бы на экзаменах за Гречишникову не стали просить. Это могло поставить его в неловкое положение из-за ее посещаемости. Но, с другой стороны, он был рад, что Зинаида не появлялась, — Мирошкин не знал бы, как себя вести со своей скандальной знакомой, сиди она на занятиях регулярно.
Вот и на этот раз Гречишниковой в аудитории не было. Зато те немногие, что здесь присутствовали, порадовали Андрея Ивановича своей тягой к знаниям — они все расселись на первых-вторых рядах. Даже Паша и Саша, торговавшие запчастями на рынке и, как всегда, явившиеся на пару выпивши, неожиданно заняли первую парту, отчего казались несколько смущенными. «С чего бы это? Неужели достучался? — сердце Андрея Ивановича сжалось. — Заинтересовал? Или их так привлекает только Иван Грозный?»