– Бо́льшую часть работы я теперь получаю по почте. Коммивояжеры собирают всю свою семейную обувь и присылают мне. А Софи нужно поскорее вернуться на ферму Беллов, лучше сразу после Рождества.
– Если ты так считаешь, значит, я сам ее туда и отвезу.
Ответом ему были удары молотка, и Роджер продолжил:
– В поезде я встретил Фелисите Лансинг, и она дала мне понять, что знает, кто убил ее отца. Такое может быть?
Опять удар молотка, потом короткое:
– Может.
– У тебя есть какие-то соображения на этот счет? Может, знаешь, кто освободил отца?
Порки молчал, во взгляде его ничего не отразилось, только периодически постукивал его молоток.
– Похоже, мне пора вернуться домой и перекинуться напоследок парой слов с Софи. Кстати, а что это за чертеж на стене?
– Это кузен будет делать пристройку из двух комнат к моей мастерской, – ответил Порки не прерывая работы. – Я в марте женюсь.
– Правда? – Роджер вспомнил, что Порки как-то сказал ему под большим секретом, что молодые люди, принадлежавшие к его церкви, женятся в двадцать пять лет. – Я знаю твою избранницу? Кто она?
– Кристиана Роули.
Лицо Роджера просияло: он хорошо знал эту девушку: помнил еще по школе, и он торжественно пожал руку другу.
– Это здорово! Поздравляю!
– Ее брат Стэндфаст у меня в подмастерьях. Передай миссис Эшли, что вместо меня в «Вязах» станет делать всю тяжелую работу по дому теперь он, так что пусть не волнуется.
– Передам.
Они обменялись взглядами. Дружба – великое дело: все обдумал, все предусмотрел.
– Мой дед хочет с тобой встретиться.
– Хорошо. Где?
– У него дома.
Поскольку в Коултауне еще не приглашали на холм Херкомера, воздух словно наполнился предощущением чего-то очень важного.
– Да, конечно, Порки. Когда?
– Ты можешь подойти сюда завтра в четыре? У меня будут лошади.
Здоровый молодой человек мог бы забраться на холм минут за сорок, но Порки хромал.
– Как зовут твоего деда?
– О’Хара, но все зовут его Дьякон. На тот случай, если он заговорит обо мне: знаешь мое имя?
– Гарри О’Хара.
– Меня зовут Аристид.
– Это же герой из «Жизнеописаний» Плутарха.
– В школе учителя называли меня Гарри, потому что опасались, как бы дети не стали смеяться над именем Аристид.
– Значит, завтра в четыре. А сейчас, пожалуй, я пойду: нужно поговорить с Софи.
Они не стали желать друг другу доброй ночи: просто обменялись короткими, как полет стрелы, взглядами, отточенными за три с половиной года.
Роджер вошел в ворота «Вязов», обогнул дом и остановился у черного хода, увидев через окно погруженную в задумчивость мать. Она сидела за кухонным столом, на котором стояла кружка – наверное, кофе с молоком. Немного постояв, Роджер решил не нарушать ее уединения и направился к передней двери, а войдя в дом, сразу тихо поднялся по лестнице. Дверь в комнату Софи была приоткрыта на пару дюймов, и Роджер немного постоял, прислушиваясь, потом позвал шепотом:
– Софи…
– Да, Роджер?
– Ты хочешь пойти со мной в церковь на утреннюю службу в Рождество?
– Да.
– Как мы всегда ходили с папой, да? Ты, я и Конни. Открою тебе небольшой секрет: Лили прислала вам очень красивые платья (мама дала ей ваши мерки). А на следующий день мы с тобой поедем к Беллам, повидаемся со всеми, так что сейчас давай-ка ложись и как следует выспись.
– Хорошо, договорились.
– Я оставлю дверь приоткрытой, как делал папа, помнишь?
– Да.
Утром рядом с его дверью стоял медный тазик с горячей водой. Закончив бриться, Роджер пристально вгляделся в зеркало, которое так часто отражало лицо отца. Зеркала ничего не скрывают, им даже невдомек, что мы – тут. Т.Г. обычно говорил, что Вселенная похожа на зеркало: так же пуста. До него донесся запах кофе и жареного бекона. В комнатах сестер слышалось движение. Он вышел в холл и громко всех оповестил:
– Ванная свободна! Кто последний – тот бизон.
Констанс с визгом выскочила из своей комнаты:
– Папа приехал!.. в смысле – Роджер здесь.
Мать уже позавтракала и присоединилась к сыну, но слова не шли. Кроме того, к ней вернулась хрипота, да ей и нечего было ему сказать. Она просто гордилась этим молодым человеком, сейчас для нее – незнакомцем.
– Мне надо увидеться сегодня с мисс Дубковой и доктором Джиллисом, – заговорил Роджер. – Лили передала им подарки.
– Я пригласила их на ужин.
– Вот и замечательно! Я, может, немного задержусь: после обеда мы с Порки поднимемся на холм Херкомера. Его дед хочет поговорить со мной. Вечером я собираюсь навестить миссис Лансинг. У тебя найдется что-нибудь в качестве рождественского подарка?