– Да, это очень интересно. И в резюме написано. Но вам вот сколько лет? Кстати у вас возраст не указан. Не удобно, знаете ли.
– Указана дата рождения. Мне двадцать четыре.
– Нужно число. Считать не удобно.
– Спасибо, учту.
– Вы рассказываете, и в резюме у вас тоже... но у нас, знаете, более приземлённое место, нам вот, эти ваши статьи, к сожалению, не особо нужны, – рука её взяла папку и потрясла в воздухе, будто перед моим носом. – Нам больше по судам, по приказному производству, вот это здесь интересно.
– Я работал в научной организации, поэтому говорю сразу, что опыта судебной деятельности изначально не получил. Но готов учиться. Я хочу улучшить так сказать навыки, относящиеся к практике.
– Егор, давайте так, вы пишете в резюме гражданское, семейное, административное право… но это как-то неопределённо.
– Можете посмотреть в дипломе, всё изучал.
– Да зачем мне смотреть. Вы же не обманываете.
– А вдруг диплом не настоящий?
– Дело в другом. Невозможно знать всего этого. Вы понимаете. У всех юристов есть специализация. Кто-то по семейному, бракоразводные процессы там, кстати очень прибыльно… опека. Кто-то в налоговое уходит, бух учёт. Но вы это всё вместе написали. Вот если я вас сейчас спрошу про опеку, про порядок, вы же сходу не ответите.
– Нет, а здесь это требуется?
– Вот видите. Так что вы написали про отрасли немного неправильно.
– Нина Николаевна, я написал в резюме «базовые знания».
И как прикажете объяснить ей, что она распыляет очевидные вещи?
– Да, но опять же, Егор! Давайте так: зачем вам эта работа? Чего вы хотите?
«С голоду не сдохнуть» - мыслю я, а в слух повторяю её вопрос: – Чего я хочу? Чего я хочу? Хочу приносить пользу и делать работу… – максимально усредненный ответ чтобы не лгать. Заметил, что у неё распухшие запястья, будто налитые водой, и кажется, манжеты белой блузы сейчас порвутся.
– Да, но вот вы же представляете себе будущую работу. Что хотели бы делать? Ведь это очень важно понимать.
Не люблю я этих доморощенных психологов. Наверняка уже думает, что видит меня на сквозь. Меня бля позвали не уточняя должность, а теперь пиздит: что хотите делать! Да нихуя не хочу! Подходит?
Вслух: «Буду делать всё, что необходимо и связано с юриспруденцией».
– Смотрите, у нас тут претензионная работа со студентами сейчас стоит. Должники не оплачивают обучение. Нужно им звонить как-то договариваться. Если нет, то приказное производство. Как у вас с этим?
– Участвуя в опросах и консультациях министерства, не раз бывал в конфликтных ситуациях, когда требовалось найти, ээм, компромисс. Поэтому опыт по телефонным звонкам у меня есть.
– Да, но консультации это одно, а тут всё же студенты, и разные ситуации могут быть. И трубки кидают, и посылают иногда. Ну а по упрощённому производству, что скажете?
–Я приложу все усилия, изучу, и буду полезен.
– Да, Егор, верно, но опыт знаете ли приходит не сразу.
Лицо моё ничего не выражает. Она добивается моих эмоций. Обойдётся. Беседа уже порядком утомила, но отвечал старательно. На любой мой ответ у неё естественно было возражение. Шли дальше. Что-то объясняла, а я вглядывался в мимику. Она будто ела нечто очень вкусное. Видимо её назначили недавно. И теперь, сидя в своём кожаном кресле и говоря мне о недостатках моего резюме и опыта, обесценивая мои статьи и снисходительно хихикая, она ещё не умела скрывать своего наслаждения. Проблема большинства юристов в желании получить превосходство любыми способами. Их самолюбие когда-то было уязвлено и теперь они доказывают себе что-то на счёт других. Как я его называю «воспалённое юридическое самолюбие». Но неожиданно мы дошли до главного.
– А какая вообще зарплата нужна? – продолжает она развязно.
– В резюме у меня не указано, но Дмитрий сказал, что зарплата сорок пять. Меня устраивает.
– А… – зрачки её делают полуоборот, – Нет, нет, вы что! У нас юрист первой категории со стажем 3 года получает 40, а у вас ещё и стаж два года.
«Классика! Классика!» орёт в голове голос. Думаю, сейчас торговаться начнёт, а сам ощущаю себя просроченным товаром на прилавке. Слегка откидываюсь к спинке стула: