Перед нами шёл без записи. Значит мы с Алёной подряд; сначала я. Белый кабинет, вызывающий чувство, будто отвлекаю их от более важного дела.
«Проходите».
Справа за столом молодая врач с несколькими татуировками на руках и шее. Слева престарелая медсестра пишет что-то в бумаги.
– Добрый день, Уланов, на девять, проблема с суставом; мне назначали таблетки, уколы, не помогло, направляли в Москву с плечом, сделали заключение, – достаю справку, где указано направление на операцию, – они сказали по направлению в поликлинику идти, – достаю МРТ с длинными диагнозами.
– Так, – смотрит врач. – Это вам не ко мне, это к хирургу нужно.
«Бл» - не печатные восклицания искрятся в глазах моих.
– Да, да, тут и номер хирург ставит – подтверждает мед сестра, сидящая в углу. А я замечаю на шее у врача татуировку с надписью «be brave».
Спасибо за совет.
– Так, ладно – успокаиваю себя в слух, – тогда мне записываться к хирургу и с ним решать. Вопрос ещё вот в чём. Два дня недомогание, температура, и иногда покашливаю, а сегодня повторная вакцинация спутником здесь.
– Давайте послушаю.
Змея статоскопа холодом жалит спину.
– Бронхи воспалены. С прививкой подождите.
– А потом когда? И вдруг того? Может тест нужен.
– Если хотите.
– Можно в поликлинике?
– Да, давайте выпишу, – задумывается врач.
Медсестра, всё это время таившееся в противоположном углу, лукаво прищуривается, будто метит в прицел.
– А зачем тест? Много их уже!
– Чтобы спокойней было – стараюсь дать твёрдости в голос. Но сестра игриво продолжает, будто заполняя бумагу: – У нас ведь теперь других болезней не осталось, только вирус один.
– Ну просто, когда первый раз болели зимой, нам в частной клинике ставили ОРВи три раза, а потом выяснилось, что ковид.
– Ну так он и есть ОРВи.
– Ну так когда у девушки началась пневмония и пришлось быстро менять лечение, а после, когда она выздоровела уже, но по другой проблеме её всё равно положили в ковидную больницу, потому что антитела были, неприятно стало, знаете…
– Ну да, – сестра уже не слушала, но лицо по привычки являло святое участие: большой стаж общения с больными. Бумажки заполнялись. Тут и мне перепало хоть немного, направление на ПЦР и отметка в карту.
– Больничный оформляю? – формально отозвалась врач.
– Я теперь без работы, так что не нужно.
– Тогда анализ кабинет сто один, идите сейчас. А на следующей неделе на повторный осмотр.
И я встал, поблагодарил и вылетел ядром, чтобы не задерживать. Алёна за мной; в двух словах успел обрисовать и побежал на первый, она зашла. Всё было не зря! До того мы сдавали ПЦР в Гемотесте за две пятьсот каждый. В поликлинике не брали ни мазок, ни другие анализы, кроме самых элементарных. Записи к врачам в июле были полностью отменены и мокрые от пота живые очереди без масок в духоте ещё долго помнились в стенах этих. Но что уж тут, когда по всей России похожий пиздец.
Пока спускался заметил сбоку от Алёны нового очерёдника, который всё держал нос по ветру и будто готовился; внутри у меня вызрела неприязнь к повадкам и хитреньким взглядам, неприязнь, бывающая сразу и навсегда. Не ясно откуда: ведь молодой складный мужик, с негрубым лицом, неплохо одетый, но видно, что подленький. И я следил за ним, пока не скрылся за поворотом лестницы.
В сто первом кабинет ждали всего три человека и шли быстро, так что до выхода Алёны я успел даже записаться на приём к хирургу через автомат. И теперь спокойно ждал.
– Когда будет готов тест, что-то я не спросил?
– Три или пять дней, – подходит она. Складываю папку в рюкзак и продолжаю, – Записался к хирургу; к терапевту на следующей неделе не прорваться. Попробую в пятницу зайти.
Алёна смотрит жалобно, а я продолжаю, – Пойдём лекарств купим какие назначили.
– Покажи справку! – требует она.
Препараты у нас почти идентичны, а половина есть дома. «В шкафу целая аптека» –любит повторять Алёна. Мы покупаем противовирусное и сироп за девятьсот рублей и чувство безработной тоски ещё больше сдавливает горло.
Серое небо карябает глазницы пока идём домой.
– Врач отмазалась, типа не терапевт даёт направление. Завтра к хирургу в восемь, надеюсь там побыстрее. Надеюсь и верю.
– Ну блин уроды! – Алёна смешно трясёт кулачком, – Ещё мужик какой-то ходил там, пока я стояла. Потом зашла, выхожу, за мной женщина, и он забегает, типа у него приём на десять сорок и он по времени. Орал там на всех.