А так, одно сплошное удовольствие! Нельсон с досадой оттолкнул руку и вернулся на место, губы сжаты, челюсть ходуном. Ну-ну.
– Получил намёк?
Похоже, ни черта. Ещё перед уходом, когда Рэйчел заглянула в офис, он выкатил своё предложение:
– Сейчас пойдём выпить. Присоединишься, Рэйчел?
– Нет, я….
– Я как раз собирался встретиться с парой старших с Уолл-стрит. В этой сфере связи решают, правда? Учиться можно из разных источников.
Чистая правда. Только беда в том, что Рэйчел, похоже, слишком загорелась этой идеей.
– Тогда, может, загляну ненадолго?
Достаточно было взглянуть в её глаза – мысль читалась без слов: «Потенциальные клиенты для галереи!»
Когда приманка клюёт слишком жадно – это проблема. Всё ещё дел по горло, а принцессу терять нельзя. Особенно ради таких жучков.
– Звучит весело, тоже присоединюсь, – выдалось с ленивой улыбкой.
– Это мой друг Даниил Оливер, аналитик Bridgewater, и Карл Бейли из Renaissance Capital, – представил Нельсон двух громил в дорогих костюмах.
Друзья, говорит. Ну-ну. Стояли с поднятыми плечами, будто таили за воротником мандаты от Бога.
– Давно я не видел такого, – пробросил один, разглядывая, как расставлены места.
И правда – словно провалился в прошлое. Уолл-стрит – мир иерархий, жёстких, как стальные балки. Есть ряды во фронт-офисе Goldman, есть – в среднем, есть – в бэке. И за пределами Goldman – та же лесенка. Один критерий веса: AUM – активы под управлением.
На момент смерти Bridgewater держал 124 миллиарда долларов. Renaissance – около 106. Названия таких фондов – как знак царской крови. Неудивительно, что парни выпрямились.
Официально эта игра зовётся "мой пакет толще, чем твой". Ну или если проще, то моя пиписька длиннее. Играют все. Для Goldman за таким столом – нули без палочек.
– Так это ты тот самый Шон? – лениво протянул Даниил.
– Слышал от Нельсона, у тебя какой-то алгоритм.
Пока два тяжеловеса зажимали в клещи, сам Нельсон плавно соскользнул на стул рядом с Рэйчел. Как и ожидалось, плевать ему на предупреждения. Слова, сказанные всерьёз, здесь никто не воспринимает. Когда все расселись, первым заговорил:
– Первый бокал за Нельсона.
– Почему?
– Сегодня его бросили. Нужно приободрить коллегу – всё-таки один отдел.
Мельком вскрыл свежую рану, от чего лицо Нельсона затвердело.
– Думаешь, это низко? – подцепил взглядом.
Да хоть как. Ни лица, ни правил – ничто не встанет на пути, если трогают то, что под рукой.
– Цветы уже отправил? У тебя ведь на быстром наборе круглосуточная доставка?
У Нельсона дёрнулся уголок рта. Всё слышано раньше: его напыщенные фразы сыпались как из дырявого мешка. Недавно отпустил такое:
«Извиняться женщине – пустая трата времени. Лучше ещё сделку закрой. Что тут думать? Присылай цветы – и готово».
Вот и доигрался. Рабочее время – не единственная причина, почему его выставили.
Собрался уже разворачивать целый набор его «мудростей» – по одной, с чувством. И тут заметил: щеки его побелели, как вываренная кость. Как раз собирался показать ему зубы бешеной собаки, как в разговор вломился кто-то третий:
– Ну что, Рэйчел, какой у тебя идеальный тип?
Коллега, сидящий слева от неё, небрежно хлестнул вопросом, словно ножом по натянутой струне.
– Мой идеальный тип? Даже не знаю….
– Ну хоть какой-то нравится?
– Слушайте, мы что, не слишком стары для разговоров об идеальных типах? – засмеялась она, сбивая градус напряжения.
Проглотить эти слова оказалось нетрудно, ведь было ясно – они только что вылетели из колледжа. И вдруг – тишина. Все разговоры будто ножом отрезало, и воздух в комнате стал плотным, как бархат. Рэйчел, застенчиво улыбаясь, медленно потягивала мартини. Лёгкий блеск на её губах поблёскивал в свете ламп. Она в последнее время словно расцвела, и улыбка сияла так, будто освещала весь зал.
"Чёрт возьми…"
Мысль отстрелить всех этих жуков без всякой пощады, что жадно тянулись к её свету, ударила в виски тупой болью. Принцесса же, ничего не подозревая, продолжала говорить с той самой неловкой робостью, что делала её ещё привлекательнее.
– Не совсем мой идеал, но есть человек, которым восхищаюсь…, – выдохнула она, чуть опустив глаза.
– Какой? – подался вперёд один из парней.
– Знаете историю, как Джобс позвал Скалли? "Хочешь до конца жизни продавать сладкую водичку или пойдёшь со мной менять мир?" – Рэйчел улыбнулась ярче, словно ребёнок, которому подарили секрет.