Значит, без лишнего давления. Пусть все выглядит естественно. К счастью, принцесса явно привязана к своему сироте-другу. С таким сердцем, готовым расстаться с целым состоянием ради чужих нужд, она точно не оставит его одного. Нужно просто ждать и верить в это.
***
В то же время, в своем кабинете, Рейчел сидела над бумагами, но глаза то и дело соскальзывали со строк. Мысли упрямо возвращались к той улыбке – едва заметной, натянутой, как тонкая нитка, готовая вот-вот порваться. Взгляд Сергея, когда он сказал:
– Все будет хорошо, Рейчел. Проведи это время с родными.
Хорошо? Да кому он это говорит. Слова звучали мягко, но в них чувствовался привкус горечи. Человек, который еще недавно отмечал даже Чхусок вместе с ней, потому что скучал по родным. А теперь – один на чужом празднике.
– Просто собираюсь заглянуть в пару ресторанов, – бросил он.
В День благодарения все эти рестораны будут полны семьями, шумными, обнявшимися, пахнущими запеченной индейкой и горячим хлебом. А он? Один, с тарелкой, из которой пар поднимается в тишину. Картина не отпускала.
Она ведь сама не собиралась ехать домой. Ни к матери, ни к отцу. Первый праздник после развода. Выбирать, кому отдать кусочек сердца? Нет уж. Останется в Нью-Йорке, прикрывшись работой.
Но теперь…. Мысль ударила, как холодный порыв ветра:
– Может, это последний праздник….
После этих слов стало ясно – оставаться в стороне невозможно.
Мелькнула мысль:
"У Сергея Платонова когда-то тоже была семья, да только жизнь их развела?"
И всё же он говорил – ценить родителей, не воспринимать их как должное. Эти слова ударили прямо в сердце.
До этого момента казалось, что собственные размышления вполне разумны, но вдруг стало стыдно за ту детскую наивность. А что, если нынешние праздники окажутся последними, проведёнными с семьёй? Мысль об этом обожгла. Пропустить их – значило бы потом жалеть всю жизнь. Домой нужно было ехать. Обязательно.
Но образ Сергея, сидящего в одиночестве, с потухшим взглядом, никак не уходил из головы.
"Было бы здорово, если бы и он мог поехать…"
Как ни хотелось, понимание приходило одно: всё не так просто. Позвать кого-то в родовое имение – это куда больше, чем просто жест доброты.
Долго мучаясь сомнениями, Рейчел решилась хотя бы набрать брата. Прежде чем разговаривать с родителями, нужно было почувствовать его реакцию.
Гудки, короткий щелчок, и в динамике раздался знакомый голос:
– Что за случай? Ты обычно в это время не звонишь.
– Слушай, а что ты собираешься делать на День благодарения?
– Разве ты не собиралась не приезжать?
– Передумала. Как бы сложно ни было, всё-таки приеду. А ты?
– Днём дома, ночью – в клубе.
Клуб, о котором он говорил, не был чем-то простым. Это был Metropolitan Club на Пятой авеню, частное место для сильных мира сего – бизнес-элиты и политиков. Сейчас отец жил прямо там, в гостевом люксе.
– Может, заглянешь ненадолго, появишься на людях?
К подобным светским сборищам Рейчел никогда не питала симпатии, но этот раз был особенным. Среди этих людей хватало тех, кто без раздумий жертвует миллионы на благотворительные проекты. Для Сергея и Дэвида, которые отчаянно искали финансирование, это могло стать шансом.
– Думаешь, можно будет привести гостя?
– Красивые девушки у нас всегда в почёте.
– Только не совсем девушка….
Молчание. Густое, тяжёлое, как дым. Прошло несколько секунд, прежде чем брат снова заговорил:
– А разве ты не помнишь, что всегда твердит отец?
Конечно, помнила. Но он всё равно произнёс:
– Все мужчины – хищники.
Отец не верил в дружбу между мужчиной и женщиной. Вот почему Рейчел и сомневалась: не возникнет ли лишних намёков, если пригласить Сергея?
– Между нами нет никаких намёков, мы просто коллеги. Хорошо ладим, он много помогал….
Ничего романтического между ними не было. Просто дружба. Но брат, похоже, верил в другое:
– Ты забыла выпускной?
Как такое забудешь. Тогда, на выпускном балу, для всех вечер закончился бурной вечеринкой, а для неё – разочарованием. Отец пригласил её кавалера в гостиную и поинтересовался временем возвращения… пока чистил свой "Глок". А когда она вернулась домой до полуночи, услышала, как отец с сожалением произнёс:
– Маленькая Золушка осмелилась загуляться допоздна, – и снова с пистолетом в руках.
В итоге домой пришлось вернуться к десяти. Парень, который весь вечер косился на часы, сослался на недомогание и поспешил её проводить. Он был всего лишь другом, но объяснять это отцу было бесполезно.