– Понял. У меня и повода нет об этом заикаться.
– Прости за странную просьбу…, – тихо добавила она и, наконец, ушла.
В висках звенела мысль: осторожность теперь – не опция, а необходимость. Под подозрением, и действовать придётся так, будто это факт. Но об этом позже. Сейчас – дела.
После разговора путь лежал прямиком в Департамент природных ресурсов. Один из тех, кого собирался звать на День благодарения, работал здесь.
– Шон! Ты чего тут? – оживлённые голоса встретили у двери.
– Неужели уже начал?
Не успел толком переступить порог, как со всех сторон налетели знакомые лица. С интересом, который и прятать не пытались: явно хотели услышать про тот самый неофициальный фонд.
– Сколько минимальный взнос?
– Сумма не важна. Главное – чтобы группа была маленькой, так проще контролировать.
– Сколько человек планируешь?
– Запиши меня!
Улыбка скользнула краем губ.
– Список пока не закрыт. Подумайте и дайте знать, если решите точно. Мне ещё юриста предупреждать.
Никаких устных обещаний. Хочешь войти – подпиши. Мест мало, кто успеет, тот и в деле.
Оставив предупреждение, двинулся к цели: Гонсалес.
Парень из тех, кто участвовал в споре на зарплаты. И, как оказалось, не простой – семья владеет шахтами в Южной Америке. Пусть третий сын, но связи дорогого стоят.
– Полмиллиона долларов, – не отрываясь от экрана, бросил Гонсалес. Так, будто речь шла о паре лишних бутылок вина. Для богача – побочный интерес.
– Нужно будет подписать – скажи.
Не предложение, а утверждение.
– Принято. Учту.
Гонсалес чуть заметно кивнул, взгляд так и не поднял – словно считал, что разговор идёт лишь ради фонда.
– Есть планы на День благодарения? – вопрос прозвучал спокойно, почти обыденно, но в тишине кабинета он резанул, как глухой щелчок замка.
Только когда открыл истинную причину визита, его глаза лениво, но всё же с интересом скользнули в сторону. Вялое выражение лица оживилось едва заметной искрой любопытства.
– Почему спрашиваешь?
– Подумал, вдруг не получится поехать к родным. Один друг пригласил к себе….
– Ладно.
Ответ вырвался так быстро, что на мгновение повисла пауза. Сердце будто неловко сбилось с ритма.
– То есть… придёшь?
– Да.
Неожиданно. Даже слишком.
В голове уже были заготовлены ответы на неприятные вопросы вроде: "Зачем звать, если мы не особо близки?" – но допроса не последовало.
Нет смысла объяснять лишнего, когда собеседнику даже неинтересно.
– Тогда считаю, что договорились. Через Bloomberg свяжусь?
– Нет, звони.
Вот это сюрприз. Для человека из семьи горнопромышленного магната – удивительная открытость. Личные контакты не раздаёт каждому встречному, а тут – пожалуйста.
– Хорошо, тогда наберу.
Кивок – и шаги понеслись прочь, по блестящему полу, отдаваясь глухим эхом.
Стоит ли попытаться сблизиться? Причина приглашения была проста – авторитет. Появиться у родителей Рейчел в компании южноамериканского магната – весомый аргумент. Тем более он явно не закрыт для общения. Почему бы не развить эту линию? Но не сейчас. Сейчас важнее другие дела.
В отделе M\A царил привычный гул: звонки, стук клавиш, чьи-то быстрые шаги. Первым делом – к Добби. Тук-тук-тук! Пальцы лупили по клавиатуре с такой скоростью, будто тот соревновался с машинкой для счета. Даже когда подошёл вплотную, не удостоил взглядом.
– Планы на праздники есть?
– Говорил же – домой поеду.
Его семья жила в Бостоне – рукой подать, съездить на день не проблема. Об этом было известно и так, но спросить стоило.
– Рейчел пригласила к себе….
Щёлк! Пальцы замерли, клавиши остались под его ладонями, будто он внезапно забыл, как дышать.
– Жаль, может, в следующий раз….
– Постой! Я смогу!
Не успел договорить, как Добби крутанулся на кресле и вцепился в рукав. Глаза блестели, словно у кота, который впервые увидел банку со сметаной.
– А семья твоя?
– Ничего, поймут. Скажу, работа.
Вот она – беспринципность сыновей. Хотя кто бы говорил….
– Значит, договорились?
– Конечно!
Был смысл тащить его с собой. У Добби язык без костей, а иногда это полезно. Пусть уж сейчас поработает на общее благо.
За время работы в Goldman успел достичь многого: сглаживать конфликты между MD, держать планку с восьмидесяти процентов успешных сделок, удивлять результатами по тизерам. Но если самому расписывать свои заслуги – будет жалко выглядеть. Коллеги тоже не заговорят. Мы все новички, и кто станет вдруг заявлять: «А знаете, Шон – особенный…»?