Разговор пошёл о том, что было больной темой: M\A. Джерард уже несколько месяцев толкал идею агрессивных поглощений, чтобы расширить влияние семьи, но мать сомневалась. Может, именно поэтому она пригласила коллег Рейчел: послушать чужое мнение, сверить, как врач проверяет диагноз.
Но вот досада – Сергей работает в отделе слияний и поглощений. Если он скажет что-то убедительное, атака на него станет куда сложнее. Однако тот сидел молча, будто разговор его вовсе не касался.
Ответил громогласный Лентон – мужчина с тяжёлым голосом и заразительным смехом. Его слова резали тишину, как нож:
– Всё решает рост ценности компании после сделки. Но чаще бывает наоборот: семьдесят процентов сделок оборачиваются убытками! Всё из-за переоценённых синергий или ошибок в расчётах времени. Возьмите AOL и Time Warner – крупнейшее слияние в истории, а через пару месяцев лопнул доткомовский пузырь, и они потеряли миллиарды. Культуры компаний не совпали, началась внутренняя анархия, и на кризис они оказались глухи….
Сергей оставался недвижимым, резал мясо тонким ножом, будто этот спор не стоил и медного гроша. Но Джерард чутко следил за каждым его движением.
"Ждёт момента…" – вспыхнула мысль.
Стоило Сергею открыть рот, Джерард был готов вонзить ледяные вопросы, лишить опоры, заставить споткнуться. Он сорвёт аплодисменты, которые тот так жаждет. Но пока соперник молчал. Лишь Лентон всё гремел, словно барабан на ярмарке.
– На самом деле, большинство сделок рушатся на стадии due diligence. Успех – меньше десяти процентов. В лучшем случае тридцать.
– Очень низкий процент, – заметила мать сухо.
– Ха-ха! Не всегда! Вот тизер, над которым я тружусь, – там вероятность восемьдесят процентов!
– Восемьдесят? – в её голосе проскользнула живая искра.
Словно запах свежего хлеба в утренней булочной, этот интерес был ощутим.
– В три раза выше нормы…. Впечатляет.
Она клюнула. Джерард напрягся, чувствовал, как натягивается струна внутри. Сейчас решающий миг. Всё нутро подсказывало – вот-вот Сергей двинется в центр внимания.
Но тот лишь жевал мясо, не спеша. Никакой торопливости, только размеренный ритм движений.
– В чём секрет? – не отставала мать.
– Опыт, разумеется. С правильными знаниями и подходом успех приходит сам, – ответил Лентон, а потом вдруг повернул голову к Сергею. – Впрочем, это лучше спросить у нашего друга.
Взгляд матери скользнул за его плечо, и остановился на Сергее.
"Чёрт…. Подставили!" – холодно обожгла мысль.
Всё стало ясно. Лентон был лишь разминкой. Джерард должен был перехватить ход беседы ещё в начале, а он позволил словам течь мимо, как воде. Теперь момент упущен. Мать уже в игре, и свет софитов медленно ползёт к Сергею.
– Вот этот человек – настоящий единорог Goldman! – голос Лантона зазвенел, будто медь. – Эксперт с рекордным показателем – восемьдесят процентов! Настоящий творец чудес!
Разговор тек спокойно, словно по заранее проложенному руслу.
– Единорог? – голос Джимма прозвучал с лёгкой насмешкой, но в нём пряталось любопытство.
Добби, переполненный азартом, даже подался вперёд, стукнув пальцами по столу:
– Этот парень угадывает восемь сделок из десяти! Восемьдесят процентов попаданий, понимаете?! Вот почему его так и прозвали. Не раз, не два – а дважды закрепилось!
Восемьдесят процентов.
Любому такое число показалось бы бредом. Легко отмахнуться, легко назвать сказкой.
И вот, как по нотам, вмешался Джерард:
– Восемьдесят? С трудом верится.
Он клюнул. Всё шло, как было задумано.
– По правде говоря, звучит как развод, – продолжил Джерард, прищурившись.
С этого момента тест на афериста начался по-настоящему. Взгляд Джерарда прилип, словно игла компаса, – ждал оправданий. Но защищаться никто не собирался.
Добби, не сбавляя пыла, гремел дальше:
– Вот именно! В среднем по индустрии – десять, ну тридцать процентов потолок. А восемьдесят?! Это ж вопиющая фантастика! Когда он впервые заявил такое, все смеялись! Игнорировали напрочь! Но потом нашёлся один, кто решил проверить. Легендарный MD из Goldman, по имени Пирс. Его прозвали "Король лич" – он никогда не проигрывал переговоров!
Голос Добби хлестал, как кнут, с каждой фразой громче. Казалось, слова звенят в воздухе, как монеты, упавшие на мрамор. История даже для героя рассказа звучала, как миф. Нахальный новичок, хвастающийся чудовищной точностью. Слух доходит до акулы рынка. Появляется спор. Но на этом всё не кончилось – в дело влезает ещё один титулованный хищник. Политические игры, интриги, ставки. Простой пари превратилось в сражение титанов. Мелкие клерки из Goldman метались, выбирая лагерь. Большинство, разумеется, ставило на поражение дерзкого новичка. Логично – кто поверит в восемьдесят процентов? И тут случился переворот.