Повисла пауза, густая, словно дым, застилающий потолок.
Нужно помнить: препарат "Генезиса" прошёл испытания в половинчатом виде, не завершив полный цикл проверок – случай, не имевший прецедентов.
– В обычной ситуации процесс занял бы три месяца. Поэтому и условие строилось на среднем показателе, – прозвучало пояснение.
– Совпадение, значит?
– Именно.
Вывод средств совпал с взлётом акций случайно, предугадать подобное было невозможно. Никто не мог знать, что "Генезис" рванёт так стремительно.
Раймонд нахмурился, погрузившись в раздумья. Тишину вновь наполнило только тиканье часов и редкий треск поленьев в камине.
Ожидание стало тяжёлым. В подобных ситуациях каждая секунда тянулась как минута, а каждое движение собеседника казалось важнее слов.
Инвесторы привыкли всё просчитывать, видеть подвох в каждой мелочи. Но именно эта излишняя расчётливость часто рождала подозрения и страх обмана. И самое важное здесь – развеять эти сомнения.
Вопрос Раймонда прозвучал резко, словно стук костяшек по дубовому столу:
– Твоя конечная цель – деньги?
Его слова повисли в воздухе, смешавшись с едва уловимым запахом старого дерева и табака. На губах Сергея Платонова сама собой появилась тень улыбки. Подобное уже приходилось слышать – не раз и не два. Богатые люди задают этот вопрос всегда, словно проверяют душу на прочность. Для них это главный критерий: стоит ли доверять управлять своими капиталами.
Ответ прозвучал спокойно, с мягкой уверенностью:
– Конечно, не всё сводится лишь к погоне за прибылью.
– Тогда зачем ты этим занимаешься? – прищурился Раймонд, поднося бокал к губам.
– Просто потому что это интересно.
Правильный ответ. Инвесторы чуют ложь и жадность за версту. Тот, кто гонится только за деньгами, долго не продержится. Слишком скоро азарт сменится пустотой.
Деньги приносят радость лишь до поры. Вложи миллион, получи десять – и жизнь меняется кардинально. Радость, гордость, всплеск дофамина. Всё это делает игру захватывающей. Но если речь идёт о миллиардах, то даже десятикратная прибыль не способна сдвинуть жизнь с места. Цифры перестают быть живыми, превращаются в холодные символы на экране.
Те, кто теряют интерес на этом уровне, обречены. А выживают лишь те, для кого инвестиции – не работа, а игра, вечный вызов. Большая стратегия. Шахматы, только фигурами становятся миллионы людей и их страхи. Нужно видеть рынок насквозь: предугадывать шаги, ставить ловушки, заманивать в западню, искать ходы там, где другие их не видят.
Именно процесс приносит удовольствие. Тот же азарт, что испытывает игрок за шахматной доской или ребёнок, собирающий сложнейшую головоломку. Деньги – всего лишь инструмент, а не цель.
Такой ответ нравится крупным инвесторам. Ведь кому довериться охотнее: бегуну, который выходит на дорожку ради призовых, или тому, кто влюблён в сам бег? Второй всегда выносливее. Он готов терпеть, вставать после падений и снова рваться вперёд.
Раймонд тихо хмыкнул, уголки губ дрогнули. На его лице мелькнула редкая тень одобрения. Первое испытание Сергей прошёл. В воздухе повисло чувство негласного признания, будто дверь в иное пространство чуть приоткрылась.
Казалось, самое напряжённое позади, и можно переходить к настоящему разговору. Но Раймонд внезапно сменил тон:
– Кстати, не думал сменить место работы?
Слова прозвучали почти буднично, но в них сквозил скрытый расчёт.
– Один из моих клиентов собирается создать семейный офис. Ему нужен управляющий. На мой взгляд, ты подходишь идеально.
Эта фраза застала врасплох. Предложение – как шахматный ход, которого никто не ждал. Скаутинг в самый неожиданный момент.
Конец второй книги