От этого известия воздух в комнате будто стал плотнее. Оказалось, за её спиной всё это время стоял настоящий гигант.
– И это ещё не всё. Семья Ламберт тоже вошла в число первых инвесторов.
Челюсть сама собой напряглась. Имя Ламбертов в Силиконовой долине произносилось с уважением, как заклинание. За три поколения они открыли миру HartMail, SkypeZ, Teslan и Bawidu. Если уж они разглядели в девушке искру, то недооценить её было невозможно.
– И к тому же, в Стэнфорде она проходила стажировку у профессора Каррингтона.
Вспомнилось множество судебных процессов: химик мирового уровня, эксперт, чьё слово решало судьбы корпораций. Благодаря его свидетельству одна компания, выпускавшая контрацептивы, выплатила миллиарды и рухнула в пропасть банкротства. В другом деле он помог выиграть рекордные 6,6 миллиарда против табачного гиганта. И теперь выяснилось, что именно Каррингтон первым признал талант Холмс.
– Во время стажировки в Азии, во время эпидемии SARS, она увидела толпы пациентов. Тогда и подумала: "В век высоких технологий диагностика не должна опираться на примитивные шприцы и ватные палочки". Так и родилась идея объединить нанотехнологии, микрофлюидику, медицину и химию. Услышав это, Каррингтон заявил: "Эта девчонка – новый Билл Гейтс или Стив Джобс". Более того, именно он подтолкнул её основать компанию.
Истории складывались в оглушительный хор восторгов. IT-титаны, венчурные магнаты, академические светила – все говорили о Холмс с одинаковым восторгом. Это было похоже на то, как если бы юного футболиста одновременно поддерживали Месси и Роналду.
Когда разговор слегка выдохся, пришло время осторожно направить его в нужное русло.
– Потрясающе…. Невероятно, что столь влиятельные люди так рано признали её гением….
– Вот именно. Видишь ли, публика редко умеет распознать подлинного гения вовремя. Большинство замечает их лишь в подростковом возрасте. Но настоящие визионеры улавливают талант в зародыше. Вот тогда и нужно инвестировать, чтобы получить максимум.
– Ты абсолютно прав. Хотя….
Фраза намеренно осталась повисшей, глаза отвелись в сторону, будто слова застряли на полпути.
– В чём дело? Кажется, есть что-то на уме.
Прескотт, как и ожидалось, проглотил наживку.
Настал момент аккуратно вложить следующий крючок:
– Понимаешь… дело в алгоритме….
Тёплый свет лампы отражался в бокалах, наполняя кабинет мягким золотистым свечением. Взгляд Прескотта на мгновение потускнел, когда прозвучали слова:
– Алгоритм настоятельно советует вывести вложения из Theranos. Либо хотя бы значительно сократить долю.
На лице собеседника мелькнуло замешательство – лёгкая тень пробежала по глазам, как порыв ветра по глади воды. Для Прескотта эта компания была настоящей жемчужиной в портфеле, самой перспективной из всех. Но красные сигналы, подаваемые системой с точностью 80% и общей доходностью в 630%, трудно было проигнорировать. Даже если в глубине души он не доверял холодным цифрам, сомнение уже начало медленно оседать в его мыслях.
– И в чём же причина? – в голосе зазвенела сталь.
– Есть два фактора риска, способных вызвать сильнейшую волатильность.
– Какие именно?
Прескотт наклонился вперёд, в интонации прорезался нажим. Атмосфера сгущалась, словно воздух стал суше, а гул далёкого кондиционера обрёл резкость. Слишком резкий ответ мог вызвать обратный эффект, поэтому пауза затянулась.
– Ну… даже не знаю, стоит ли говорить….
– Говори.
Он не отпускал, тянул за ниточку, пока лицо его постепенно смягчалось, а в голосе появился оттенок мягкого убеждения. И только тогда слова прозвучали осторожно:
– Прежде всего – отсутствие клинических данных.
– Клинических? – брови Прескотта удивлённо приподнялись.
– Нет результатов испытаний с фармацевтическими компаниями.
Эти слова прозвучали, как удар по тишине, но Прескотт, не моргнув, отмахнулся:
– Пустяки. Наверное, формальности.
– Но отсутствие этих документов – факт. А без них риски становятся слишком высокими.
Взгляд его смягчился, в голосе появилась нотка наставничества, словно старший разговаривал с неопытным учеником:
– В нашей сфере задержки с документацией – обычное дело. Ждать бумаг – значит упускать возможности. Вкладываются те, кто действует первым. Излишняя осторожность может обернуться потерей колоссальных перспектив.
Тон напоминал лекцию, ироничное покровительство сквозило в каждом слове. Но спорить в этот момент не имело смысла – стоило лишь закрепить мысль.