У своего стола встретил Добби – вечно любопытный, с глазами, в которых горело нетерпение.
– Почему не едешь?
Обычно такие встречи с генеральным директором считались редким шансом укрепить связи. Коллеги рвались туда, как мотыльки на свет. Решение отказаться выглядело странным.
– Есть дела поважнее, – коротко прозвучало в ответ.
Активность с новым брендом оставалась формальностью. Гораздо большее значение имела скрытая проверка. На экране монитора загудела база EDGAR – хранилище документов SEC. Пальцы скользнули по клавишам, и на экране вспыхнули строки, строки, строки… Искался документ формы 13D – отчёт, который обязан подавать любой, кто скупает более 5% акций компании.
В графе "Epicura" – пусто. Тишина, словно в комнате, где все вдруг перестали дышать.
"Ещё нет?" – мелькнула мысль.
Для Уолл-стрит такой документ означал одно – война. Владельцы более 5% акций получали права устраивать внеочередные собрания, ставить вопрос об отставке директора, предлагать своих кандидатов в совет. Каждое из этих действий било прямо по нервам менеджмента. Поэтому подача 13D становилась сигналом: начинается охота.
– Ждёшь появления ещё одной акулы? – спросил Добби, заглянув через плечо, словно ребёнок, прячущийся за спиной взрослого.
И попал в точку. Внимание было приковано к Великой Белой Акуле – к Дексу Слейтеру.
Но пока на горизонте – пустота. Ни всплеска, ни тени плавника.
"Может, готовят внезапный удар?" – мысль холодком пробежала по спине. Часто хищники скупаются почти до границы в 5% – 4,8% или 4,9% – а потом врываются на рынок и объявляют о владении, словно обрушив гром среди ясного неба.
Мысль прервал резкий звон оповещения Bloomberg.
На экране вспыхнула строка:
"Epicura: Высокая вероятность продажи Harbor Lobster…"
Спекулятивный отчёт, и всё же рынок вздрогнул. Цена акций рухнула на 20%, словно кто-то резко выбил опору из-под ног. Продажа ключевого бренда выглядела шагом отчаяния.
Но уже через полдня котировки ожили, вернувшись к прежнему уровню.
– Восстановление слишком быстрое. Разве это не признак доверия инвесторов? – предположил Добби, вглядываясь в график, где зелёные линии снова тянулись вверх.
Однако в этом росте читалось иное. Логика подсказывала: кто-то воспользовался паникой, скупив акции на дне.
"Он здесь", – мысль прозвучала внутри как раскат грома. Великая Белая Акула.
Через два дня новостные ленты разорвалось заголовком, словно ударом хлыста:
"Shark Capital приобрела 5% акций Epicura… подана форма 13D"
Хищник показал плавник. Началась настоящая охота.
***
Флорида встретила густым, тягучим жаром, влажный воздух лип к коже, в носу смешивались запахи соли, нагретого асфальта и дешёвого кофе из аэропортовых автоматов. На этот раз перелёт был не ради новых сделок, а ради встречи, которую невозможно было игнорировать: Shark Capital запросили переговоры с руководителем "Эпикуры".
В просторном зале, где кондиционеры гудели лениво, словно не справляясь с духотой, за столом сошлись трое.
– Декс Слейтер, – представился мужчина с ровным голосом.
– Кларенс Уитмер, – ответил генеральный.
– Дэйв Пирс, – добавил советник.
Аналитик, не удостоенный права слова, остался в тени за их спинами, словно лишний предмет мебели. Но именно эта тень позволяла наблюдать за каждым движением.
Слейтер вживую оказался совсем не таким, каким рисовали слухи. Вместо грубого, резкого вояки – вежливый, подтянутый джентльмен средних лет. Манеры – безукоризненные, голос – спокойный. Но глаза… они выдавали хищника. В их холодном блеске скользила угроза, как сталь ножа под светом лампы.
– Провал "Харбор Лобстер" объясняется не рынком, а управлением. Продажа – не выход. Проблема решается заменой капитана, а не утилизацией корабля, – произнёс он с мягкой улыбкой, которая не грела, а резала.
И сразу, не оставляя пространства для сомнений:
– Остановите сделку немедленно.
Так говорил тот, кого звали Великой Белой Акулой. Сила, исходившая от него, давила ощутимее влажного флоридского воздуха.
Но Уитмер не дрогнул. Его голос звучал ровно:
– Пока ничего обещать не могу. Как только ситуация прояснится, дам знать.
На самом деле контракт уже готовился к подписанию – через пару недель сделка должна была состояться. План был прост: поставить акционеров перед фактом.