— Это выйдет дорого.
— И взгляните на здравоохранение.
— Почему…?
— Предложил ему сделку на прямой эфир, но он отказался.
— Наверное, зол был.
— Даже в ярости он из тех, кто хватается за все, что может.
То предложение тоже было проверкой. Пирс подкинул легкую добычу, но Рино оказался слишком сосредоточен на погоне за Пирсом, чтобы согласиться. Проблема всегда в одном — во времени на решение. Рино долго крутил в голове мысль: вытащить Брента или нет, но сразу отрезал шанс на легкий успех.
— Биофармацевтика, да….
Пирс вовсе не горел желанием лезть в здравоохранение. На своей территории у него хватало пищи. Все эти маневры — лишь чтобы затащить Сергея на свою сторону, даже ценой раздражающих конфликтов. Но….
"Здесь что-то есть".
Наверное, стоит потерпеть все эти хлопоты.
Динь!
Тонкий звон уведомления разрезал тишину. На экране — то же самое письмо.
"Отмена штатного расписания".
Такое случается нечасто. Обычно расписание отменяют по веской причине. Но это уже третье письмо подряд.
— Что? Почему отменили? Я тоже не знаю.
Лилиана ответила почти напевом, когда прозвучал вопрос. Ни тени напряжения, ни малейшего намека на тревогу. Словно всё давно решено без её участия.
— Похоже, следующая неделя будет довольно свободной! — слова её прозвучали с таким легким весельем, будто впереди отпуск.
Это значило только одно: врачи меня не потревожат. А значит, шансов набрать контакты по ротациям — ноль. Для амбиций это катастрофа.
И без того ясно, кто за этим стоит. Остался лишь один человек. Группа слияний и поглощений под железной рукой Пирса.
— Почему он просто не может стареть достойно? — раздражение вскипело в груди. Вечно лезет, вечно мешает.
Собрав крохи информации и вернувшись в отдел, сразу услышал громкий голос:
— Эй, Шон! Где ты шлялся?
Старший, прикрепленный к тому же проекту, что и Шон, стоял у стола Рэйчел. Этой картины хватило, чтобы всё понять без слов.
Завтра встреча с клиентом. Есть срочная задача. Рэйчел с ней явно буксует. Но дергать принцессу, за спиной которой стоит доктор? Ни у кого духу не хватит. Вот и закономерность: как только возвращаешься, на тебя сразу навешивают всё.
— Рэйчел, закрой файл. Шон! Открой страницу продукта. Раздел рыночных данных.
— Да.
На экране Excel выстроились цифры: региональные темпы роста по ключевым продуктам — диоксид кремния, прочные пластики, фанера высокого давления.
— Каковы темпы роста мировой экономики?
— 4,7 %.
Вот где собака зарыта.
Клиенту надо показать, что товарность в порядке, а цифры подвели. Но это не значит, что выхода нет.
— Может, исключим Африку?
Предложение заставило лицо старшего просветлеть.
— Да, и что же тогда?
— 6,2 %.
— Теперь рассчитай средневзвешенное для четырёх лидирующих регионов.
— Какой вес дать первому?
— 60 %. Второму — 20 %, остальным — по 10 %. Что вышло?
— 7,6 %.
— Хорошо, так и оставим.
— Понял. Добавлю в сноски.
Две минуты — и рост с 4,7 % чудесным образом стал 7,6 %.
Манипуляция? Нет. Внизу мелким шрифтом красуется сноска:
"На основе средневзвешенного показателя четырёх ведущих регионов".
Вот что имел в виду управляющий директор, когда твердил на совещаниях: "Ставьте как можно больше сносок".
Мошенничество? Ни капли.
Если сомневаетесь, вот пример. Не самый красивый человек на свете. Но среди российско-американских аналитиков первого поколения в нью-йоркских инвестбанках? Уверенное лидерство. Так что почему бы не включить себя в список "Самых красивых мужчин", снабдив его скромной припиской:
"Основано на данных российско-американских аналитиков первого поколения, работающих в инвестиционных банках Нью-Йорка.
Кто придерется? Не нравится — читайте сноску. Так работает инвестиционный банкинг. Обратное проектирование во всей красе.
И да, это абсолютно законно. Никаких фальшивых цифр. Тут даже креатив нужен. Любой способен подставить числа в готовую формулу. Но чтобы переосмыслить саму формулу под желаемый результат — это уже искусство.
— Доведите остаток до 7–8 %.
Старший смотрел так, будто нашел бриллиант. Редко какой новичок с первой попытки берет обратное проектирование без единого сопротивления.
А вот лицо Рэйчел выдавало целый шторм. Взгляд говорил: "Так вот почему случился кризис!" А следом — мучительное: "Мне теперь тоже так делать?"