— Странное совпадение, — наконец проронил Пирс. Слово осело тяжёлым камнем, но воздух стал ещё гуще. Одно совпадение — ладно. Два — уже странно. Три из десяти? Это не совпадение. Это вызов здравому смыслу.
Но сидеть в тишине вечно нельзя.
— Если эта "выпечка" правда, клиентам это не продашь, — голос Пирса сухой, как шаги по мрамору. — На подходе к IPO они не сольют акции. Рекомендация бесполезна.
Акции Платонова уже недосягаемы. Оставалось ждать, когда ударит гонг публичного предложения. Но срок… слишком сжат. Взять — не успеть. Для текущей стратегии эти бумаги — мёртвый груз.
Скрииич… скрииич… ручка Пирса впилась в бумагу, оставляя царапающие звуки — словно когти по стеклу.
Перьевая ручка легко чертила длинную линию, оставляя за собой глянцевый след чернил на белоснежной бумаге. Три зачеркнутых пункта. Всего три — и этого хватило, чтобы Сергей Платонов лишился трех очков уже на старте. У него оставалась одна замена, жалкая попытка прикрыть дыру, но этого было мало — три пробоины не закрыть заплаткой.
— Есть ли у нас замены?
Вопрос Пирса разрезал тишину стальным лезвием.
— Подожди!
Грохот!
Брент резко вскочил, так что бедро звонко ударилось о край стола. Боль прошила кость тупой волной, но сейчас она не имела значения — слишком ясно звучала директива.
"Используйте список нового найма. Без исключений".
— Несправедливо менять выбор! — голос Брента звенел, как натянутая струна.
— Но новичок даже не знает о выпечке, разве нет?
Выпечка. Слово прозвучало почти абсурдно в этих стенах. На самом деле это был частный запрос. Компания, готовящаяся выйти на биржу, рассылала RFP — запросы на предложение — только избранным. Инвестиционным банкам вроде Goldman, JP Morgan или Deutsche Bank. И даже среди них — лишь тем, кто сидел в подразделении здравоохранения. Брент знал: у Сергея Платонова не могло быть ни единого шанса узнать об этом. Смысл был прост — дать парню возможность исправить ошибку, возникшую не из-за небрежности, а из-за незнания.
Логично. Почти благородно. Но Брент не собирался отступать.
— Господин Пирс, вы сами сказали, что будете сравнивать новичка с сотрудником с двухлетним стажем. А эта информация — именно то, что дает этому человеку преимущество! Это все равно что заставить кого-то бежать в гонке без обеих ног, только потому что сопернику десять лет!
Пирс повернул взгляд к Сергею. Глаза его были спокойны, как гладь темной воды. И вдруг — короткий кивок.
— Старший Брент прав. Ничего менять не нужно.
Принял потерю очков. Просто так. Как будто три минуса ничего не значили.
"О чем он думает?" — мысли Брента бешено метались, пока на лице Сергея медленно расцветала ухмылка, как пятно масляной краски на чистом холсте.
— Убирать нечего. Сделано верно.
— Кто ты… — слова Брента захлебнулись.
Цель этой ставки никогда не заключалась в том, чтобы просто получить одобрение клиента. Это лишь средство. Настоящее испытание — доказать истинность утверждения: восемь из десяти выбранных мною пунктов всегда приведут к сделке.
Фраза ударила в голову, как молоток по наковальне.
— То есть это не провал, а успех?
— Да. Как вы отметили, у меня нет доступа к данным о выпечке. Следовательно, это очко, заработанное мастерством.
Аргумент звучал ледяным лезвием: ответ не ошибочен — напротив, он верен. Продукт признан рынком. Более того, он уже распродан.
— Ни в коем случае! В этой ставке выбор клиента — решающий! Засчитывать очки до старта — это все равно что объявить счет до выстрела пистолета!
— Да ладно, старейшина. Правила — не торговый автомат, чтобы выбирать как захочется. Если нельзя менять из-за ошибки, нельзя менять и из-за правильности.
— Это….
Сергей ловко использовал слова Брента против него же. Тот пытался продолжить, но язык запутался в собственных узлах.
— Хорошо. Оставляем как есть. Джефф сообщит корректировки отдельно, — Пирс резко подытожил встречу.
За стеклом конференц-зала воздух дрожал от гулких голосов и звона клавиатур. В отделе M\&A царила суета, как в муравейнике, куда кто-то воткнул палку. Между рядами столов промелькнула знакомая фигура — вице-президент из финансового подразделения, курирующего сделки с заемными средствами. Его шаги звучали уверенно, будто каждый каблук был печатью приказа.
— О? Мистер Мастерс? Что привело вас сюда…?
— Хотел обсудить недавний LBO….
Даже если бы вопрос был срочный, вице-президент обычно не заявлялся бы лично. Обычно хватает быстрой электронной почты, короткой строчки с пометкой "важно".