— Осознаёте, что сейчас раздуваете бурю по всему Goldman?
— Несправедливо. Просто невинный аналитик, оказавшийся в шторме.
— Хватит шутить. Что собираетесь обсуждать?
Её взгляд дрогнул — словно услышала признание в поджоге.
— Если устроите неприятности, разгребать их мне. Понимаете?
Тут она права. Как закреплённый HR — ей и отвечать. Стоит её успокоить.
— Не переживайте. Обычный разговор.
— Что за разговор?
— А какой ещё между боссом и сотрудником?
— …?
— Обсудим условия.
Носорог уже предложил заманчивые плюшки: продление зарплаты, пару живых сделок, жирный бонус. А Пирс? Держит на холостом ходу, безо всего. С учётом того, что ценность уже доказана, это вряд ли справедливо.
Глава 14
Утро наступило холодное и сырое, словно само небо не могло окончательно проснуться. В восемь часов раздался звонок — редкость, ведь Пирса почти не видели в "Голдмане". Его голос прозвучал глухо, будто пробивался сквозь усталость. Лицо, когда удалось его рассмотреть, показалось впалым, щеки слегка осунулись, как у человека, пережившего бессонные ночи.
"Ну, неудивительно…" — промелькнула мысль.
В первый же тизер удалось подсунуть восемь позиций с почти истекшим сроком годности. Каждый раз, как он пытался их продать, срок уже подходил к концу — и всё приходилось списывать в убыток. Выматывающее занятие, изматывающее до костей.
— Слышал, поступил запрос на перевод в департамент здравоохранения, — сказал Пирс, и в голосе ощущалась тихая надломленность, как в металле перед трещиной.
— Какой отдел больше по душе?
— Думаю, оба хороши.
— Если хочешь в здравоохранение — дорога открыта.
Слова прозвучали неожиданно. Ждал чего угодно — только не такого простого разрешения.
"Чёрт, что он задумал?"
Взгляд Пирса скользил по лицу, ощупывая мимолётные тени выражений. Руки он сцепил так крепко, что костяшки побелели.
— Если хочу тебя взять, придётся готовиться. Не хочу возиться ради того, кто не горит желанием.
По сути — выбери сам и скажи это прямо. Никаких намёков.
"Чёрт…"
Он уже всё понял. Лучше выложить ответ, пока не поздно.
— Если выбирать, то отдел слияний и поглощений.
— Почему?
Ответ нужно подбирать осторожно. Если уйти в здравоохранение, пути к биотехнологическим акциям закроются — риск инсайда, полная блокировка любых сделок. А вот M\&A — совсем другое дело. Там можно сыграть тоньше: работать честно, но в то же время воспользоваться будущими знаниями, чтобы инвестировать в нужные бумаги. И волки сыты, и овцы целы.
Конечно, сказать это нельзя.
— Давно интересуюсь этой сферой. Хочу изучать корпоративные экосистемы, давать советы, которые соответствуют текущей ситуации….
Пирс перебил взмахом руки, будто стряхивая липкий туман вранья:
— Настоящая причина.
Взгляд стал жёстче, глубже. Словно просвечивал насквозь, вгрызаясь в суть.
— Ложь здесь не сработает.
Можно было бы быть честным. Сказать прямо, без хитрости:
"Деньги — это оружие. Хочу научиться владеть им".
И это была бы правда. С будущими знаниями и правильными встречами заработать не составит труда. Но мысль должна уходить дальше обычной наживы. Цель не в том, чтобы просто утонуть в роскоши. Деньги нужны как рычаг. Их придется использовать. Особенно — для того, чтобы подтолкнуть биотехнологические компании к созданию методов лечения редких болезней.
Кто станет заниматься убыточной терапией без стимула? Никто. Придется заставлять.
"Не просто собирать пули, а стрелять ими?"
— Да.
"И ты не можешь сделать это, работая на другой стороне?"
— Здравоохранение скоро утонет в IPO. Там всё время уйдет на то, чтобы вытаскивать компании на биржу. Бонусы будут жирными, но знаний — кот наплакал. А вот отдел M\&A….
Этот отдел — словно хирург с холодными руками. Он берет под контроль компании, отражает враждебные поглощения, безжалостно отрезает гниль и продает лишнее. Там учат дисциплинировать корпорации деньгами, как кнутом.
"Вижу…"
Кажется, относительная честность зацепила нужную струну. Пирс слегка кивнул, будто отмечая, что ответ звучит как правда.
— Базовая зарплата девяносто тысяч долларов. Бонус — минимум столько же.
Сумма тянет на уровень партнера.
— Через тридцать минут встреча. Пока загляни в HR, оформь бумаги.
Пирс поднялся, собираясь закончить разговор. Но ноги будто приросли к полу. Он заметил это, взгляд стал любопытным.
— Хочешь что-то добавить?