— Силком ухажеров от своей Марины отвадить мысль не приходила? — с любопытством интересуюсь я, — Ты вон какой здоровенный бугай.
— На хрена? — кривит губы Олег — Это дело не хитрое. Я до армии часто за девок дрался. Только со временем понял одну вещь. Тупость это всё. Кулаки здесь никакой роли не играют. Если баба решила свалить, она свалит. Да и пацаны здесь причём? Сучка не захочет — кобелек не вскочит.
— Это ты правильно понял, — одобрил я. — Вот поэтому и спросил.
Десантник горестно вздыхает.
— Ладно, не переживай. Всё образуется со временем, — пытаюсь подбодрить товарища.
Олег безнадежно отмахивается.
Прощаюсь с Володей, летящим в тренерскую переодеваться. Жму руку тренеру, машу работающим в зале парням, и быстрым шагом покидаю спортивный зал. Через три минуты я уже у выхода. С наслаждением вдыхаю свежий воздух. После пропахшей потом раздевалки, он воспринимается как глоток живительного эликсира. Иду дальше, поднимаюсь по ступенькам, удаляясь от спортивной школы. Через минуту боковым зрением замечаю, как от невысокого бортика бетонного забора, опоясывающего ДЮСШ, отделяются две массивные тени. Одна из них торопливо отбрасывает тлеющий бычок, взорвавшийся огненными искрами при соприкосновении с каменной плиткой. Они идут наперерез ко мне. Свет желтого фонаря освещает злобно ухмыляющиеся рожи, предвкушающие расправу.
Узнаю мощный торс культуриста и туповатое лицо Андрюшиного приятеля, отжимавшего Санька в сторону, когда его друг отрабатывал на моей тушке апперкот в печень.
Второй мне неизвестен. Но выглядит внушительно. Высокий, жилистый и плечистый с пудовыми кулаками. Невыразительное, вытянутое лошадиное лицо кривится в холодной усмешке.
Слышу сзади звук мотора. Оборачиваюсь. Со спины, слепя фарами, подъезжает и разворачивается, загораживая путь к отступлению, темная «шестерка». И я почему-то точно уверен, что она сиреневого цвета.
Из машины вылазят, хлопнув дверцами, ещё две темных фигуры. Они неторопливо приближаются с другой стороны.
«Вот же, млять, попал по полной» — мелькает в голове паническая мысль. Мозг лихорадочно работает, ища выход из ситуации, прорабатывая различные варианты развития событий.
Ни в коем случае нельзя вступать в разговоры и пытаться договориться разойтись мирно. Это будет воспринято как слабость и трусость. Ребята уже решили меня поломать, и попробуют сделать это в любом случае. Вариант спасения один — идти на прорыв.
— Что, обосрался уже? — слышу насмешливый голос Андрея, — пришла пора рассчитаться за всё.
Узнаю в одной из фигур ухажера Евы. А второй, кряжистый невысокий паренек, идущий чуть сзади, сжимает в опущенной руке небольшую, но толстую деревянную дубинку.
— Тебя что ли? — насмешливо интересуюсь я, — Ты действительно страшила ещё тот. Могу по блату устроить пугалом на дачу. Ты не только всех птиц, хомяков и крыс распугаешь, но и местных алкоголиков до инфаркта доведешь.
— Ну сука, я сейчас из тебя инвалида сделаю, — шипит боксер.
— Попробуй, — усмехаюсь я. Сумку на плече перетягиваю вперед, придерживая её ладонью. Вторая рука нащупывает в кармане связку ключей.
Разворачиваюсь и начинаю быстро сближаться с Андреем и его спутником, пока культурист и «лошадиная морда» стоят у фонарей, преграждая путь вперед. Когда я сорвался с места, они тоже начали выдвигаться, но особенно не торопились, позволяя товарищам начать расправу.
Когда до боксера остается пару метров, я швыряю сумку ему в лицо. Андрей рефлекторно ловит её руками и тут же получает левый боковой в открывшуюся печень. Парень вскрикивает и падает на колени.
«Общий счёт: Один — два, я веду».
Невысокий отморозок замахивается дубинкой, но снайперски брошенная связка ключей попадает ему в глаз. И сразу же футбольным ударом ноги, чуть подпрыгивая, пробиваю стопой по шарам коренастого.
Паренёк издает полузадушенный писк, и, схватившись за причиндалы, медленно падает в пыль.
Готовлюсь рвануть с низкого старта мимо машины к спасительному спуску, но не успеваю.
Сокрушительный удар в спину, сшибает меня на землю. Культурист и его длинный напарник коршунами налетают на мою тушку, молотя ногами. Я сжимаюсь в клубок, кручусь, отмахиваясь ногами и принимая на выставленные руки град мощнейших ударов.
К бойцам, присоединяется пришедший в себя Андрей. Пару раз чувствительно пропускаю в голову, перед глазами всё плывет. Тело и руки содрогаются от ударов. Ещё немного и меня запинают до потери сознания, а потом расколошматят бесчувственное тело, сделав инвалидом. Мне сильно помогает то, что отморозки мешают друг другу и не могут как следует попасть. Только поэтому ещё и держусь.