После промывания мозгов парни несколько повеселели. А Петр понял, отчего разорились некоторые аристократические фамилии. По причине нежно лелеемой дури под названием «снобизм». Да, не всем быть вроде Малфоев, которые стали весьма удачливыми инвесторами. И то Абраксас весьма даже активен — едва ли не каждый номер «Пророка» упоминает его: то там появился, то тем передал что-то ценное или просто заявил о поддержке. То, что это все тоже вообще-то работа, Пит наконец ухитрился донести до своих подопечных. И заодно объяснить, что заработать столько, чтобы вернуть если не все, то бОльшую часть семейного состояния, задача воистину достойная кого угодно. Но тут заблестели глаза у… Эванс.
— Получается, что можно так же заработать, купить, вложить… и новый род основать? А как же списки там всякие, чистота крови и прочее?
— А как ты думаешь, родоначальники у каждого рода были?
— Ну… конечно.
— И кем они были, по-твоему?
— То есть… могли быть даже просто магглорожденные?
— Да кто угодно мог. Только если «дерево семьи» разрасталось, конечно. Если старались иметь детей, да не просто побольше, а сильных, умных и талантливых… И пары для них искали такие же. И передавали это из поколения в поколение.
— То есть, все примерно так: встретились маг и волшебница… ну, стали жить вместе, родили… сколько надо, чтобы точно?
— Трое минимум. Но мальчик обязательно, лучше два.
— Вырастили троих… те женились ну, или замуж вышли… Если остались в семье, то их уже шестеро, а всех-всех уже семнадцать?
— И через поколение при условии, что все они в нормальных отношениях между собой, это уже клан. Небольшой, но все-таки.
— Здорово… Но трое… — Эванс передернулась и задумчиво посмотрела на своего приятеля.
Снейп покраснел.
— Еще на воспитание брали, а потом вводили в семью. Я где-то читала о таком ритуале, — вспомнила Сивилла.
— Ну, так, наконец, будете определять, с каких капиталов мы начнем? — перевел тему Петр.
«Пирог» делили больше часа, но в результате все остались довольны, что собой, что друг другом. Круг на доске украсился именами с цифрами — долями заработанного. Самые скромные «кусочки» были у Мэри и недавно примкнувшей Кэти Браун, но девочки искренне удивились, что те вообще были.
Петр с облегчением вздохнул и всем на радость озвучил общую сумму, которой хватило бы на довольно приличный дом. Радость была громкой, активной и едва не вышла за рамки, но он вовремя перехватил инициативу, рассказав о процентах, так что, пока разбирались и высчитывали причитающиеся каждому суммы с точностью до сиклей и кнатов, все прекрасно успокоились и сосредоточились. И когда получили собственные заветные циферки, тоже, конечно, радовались, но уже скромнее.
— Один вопрос, как объяснить такое количество денег родителям, — вздохнул Мальсибер.
— А ты что, отчитываться должен?
— Да нет, но… хотел подарок сделать. У матери день рождения в июне.
— Так сделай.
— И?
— Сам сделай. Снейп с Эванс рецепт оздоравливающего дадут… Дадите ведь? Справится он?
— Справится, если отвлекаться не будет, — кивнул Снейп. — Только ингредиенты тоже не самые дешевые. И лаборатория должна быть приличная. Повыше уровнем, чем школьная ученическая.
— А если тут сварить?
— После экзаменов вари, если успеешь и найдешь, из чего. У нас будет всего день, чтобы все закончить и собраться.
На следующий день Питер застал Мальсибера в лаборатории с карандашом в зубах: парень зарисовывал расположение столов и приборов и заодно писал список.
— Хочу домашнюю лабораторию восстановить, — прищурился он и сделал паузу, почему-то ожидая, что его мысль поднимут на смех. Но Петтигрю смотрел уважительно. И зачем-то еще сжал руки в кулаки и выставил вверх большие пальцы. Ах, да, он же объяснял, что это значит одобрение! А еще предложил помочь.
— Надо посчитать, на что денег хватит. Может, тебя спонсировать, потом отдашь?..
— Нет уж. Надо еще посмотреть, что уцелело дома, а то с тех пор, как прадедушка взорвался, туда никто и не ходил.
— И прадедушку не отскребли даже? — изумился Петр. — Ты уверен?
Джейкоб пожал плечами.
— Там нечего было… Крышу перекрыли, и все.
— Опасная штука это ваше зельеварение, — почесал в затылке Петр.
— Ага. Чары тоже опасно, но не настолько.
— Жизнь вообще ужасная штука, от нее в конце концов умирают…
Мальсибер хихикнул, а Петтигрю продолжил уже серьезно.
— Давай так: ты делаешь, что сможешь, а через пару недель все равно у нас собираемся. Мои уже в курсе. А там видно будет. У нас есть пара котлов не то чтоб про запас, а вообще неиспользуемые. Весов так вообще с десяток. Ну и всякого… по мелочи.
— Я заплачу.
— Я не сомневаюсь. И хочу тебе в этом помочь. Совершенно меркантильный интерес, заметь, так что благодарить не обязательно. Это как деньги отдать в рост, только с тобой, думаю, еще надежнее, чем с акциями.
— Думаешь?
— Знаю.
— Спасибо.
— Я же говорил, что…
— Дурак ты, Пит. Есть кое-что другое. Важнее.
Петр поднял брови, не представляя, что услышит, и получил:
— Спасибо, что веришь в меня.
А потом Пита по очереди начали вылавливать в коридорах все остальные, спрашивая, что им с деньгами делать. «Ляжки жжет», — подумал было Петр, но попал пальцем в небо. Оказалось совсем наоборот, видимо, ребята прониклись некоторыми его рассказами. В частности, про Малфоев. И теперь хотели если не так же, то хотя бы, чтобы их скромные галлеоны не лежали мертвым грузом.
Так что ему объяснил сначала Люпин, а потом и Эванс, что, мол, было бы чуть меньше — потратили бы без проблем, но раз оказалось больше ожидаемого, то захотелось пристроить. С выгодой, желательно побольше.
Он советовал. Сначала предложил было открыть счет у гоблинов. Потом вовремя сообразил, что не стоит складывать все яйца в одну корзину, и после прибытия на Кингс-Кросс компания в полном составе вознамерилась посетить маггловский банк. Петр договаривался с матерью и отчимом. Вспоминал курсы акций и разные важные и просто интересные (конечно, с точки зрения возможной прибыли) события, которые когда-то были для него «далеким прошлым» и стали известны лишь потому, что на третьем курсе по истории досталась такая тема реферата. И въедливый препод, да. Вот ведь спасибо ему за это...
К удивлению Петра, Поттер оставил в покое Снейпа и переключился было на… подумать только, Локонса. Снейп тоже малость обалдел, когда увидел. Правда, первокурсник, недолго думая, поднял та-акую волну…
Сначала вопил сам Гилдерой, размахивая пострадавшими шмотками. Громко и со вкусом. А наутро появились вопиллеры и атаковали… нет, не Поттера. Учительский стол. Декан Когтеврана и декан Гриффиндора, с больно уязвленным самолюбием, облитые «словами благодарности» — о, Мерлин, при всех! — сидели красные, как флаг львиного факультета. Директор же, едва один из конвертов понесся в его сторону, моментально встал и… исчез, так что до конца экзаменов его никто и не видел.
Так что «милейший Джеймс» получил по рогам сначала от собственного декана (о, Минерва МакГонагалл могла заморозить голос так, что трепетали не только младшие школьники!), а на «остатки Поттера» спланировал Флитвик и тоже изрядно потоптался. Кончилось все тем, что дурному гриффиндорцу пришлось даже прилюдно извиниться! А довольный Локонс через два дня получил посылку с шикарными новыми мантиями, оплаченными Поттером-старшим.
Так что Джеймс практически ни с кем не разговаривал, только рычал на всех подряд, но тем и ограничивался. Блэку, кстати, тоже ни за что досталось, в результате чего парень ходил совсем потерянный. Этим не мог не воспользоваться Петр, подсунувший тому копию своего пергамента об анимагии, мол, сколько можно, стань ты хоть кем-то еще…