Да, пассионарии у русского народа были, есть и будут всегда! Но не всегда они своей жертвенностью приносили благо…
Антону Ивановичу только показалось, что вернулось былое время «Ледяного» похода. Его постигла неудача.
Аналитический ум генерала Деникина оказался в вакууме. Оторванный от реальных социально-политических событий в стране, он не осознал всю глубину внутренних процессов. Народ повернул в сторону Советов, а Красная Армия, обретая новые опоры и опыт, оказалась на несколько порядков выше во всех отношениях.
Усилия генерала переломить ход боевых действий в свою пользу оказались тщетными. 4 марта 1920 года он был вынужден отдать директиву об отводе войск за реки Кубань и Лабу и уничтожении переправ.
Начался последний этап трагедии А. И. Деникина как военачальника.
Красные заняли Екатеринодар.
25 марта 1920 года они захватили город Дербент. А до этого, 11 марта 1920 года, Добровольческий корпус, две Донские и присоединившаяся к ним Кубанская дивизии под легким напором противника самовольно оставили занимаемые позиции и направились сплошной массой на Новороссийск.
В это время в обреченном на сдачу и эвакуацию Новороссийске, где скопились почти 20 тысяч офицеров, ненависть против начальника штаба ВСЮР генерал-лейтенанта Романовского достигла кульминационной точки. Дело дошло и до открытого обсуждения планов его убийства или предъявления Деникину ультиматума о его отрешении от должности.
Иван Павлович видел все. Он был прекрасно осведомлен об отношении к нему офицерской среды. Несколько раз он просил главкома сместить его, дабы разрядить обстановку. Однако Деникин неизменно отказывался. Мотив был один и тот же: он, Романовский, у него единственный человек, которому он во всем верит.
Г. Шавельский, последний протопресвитер армии и флота, попытавшийся убедить Антона Ивановича заменить начальника штаба для общего блага, получил такой же ответ:
— Не могу!.. Иван Павлович единственный у меня человек, которому я безгранично верю, от которого у меня нет секретов. Не могу отпустить его.
— Вы не хотите отпустить его. Чего же вы хотите дождаться? Чтобы Ивана Павловича убили в вашем поезде, а вам затем ультимативно продиктовали требования? Каково будет тогда ваше положение? Наконец, пожалейте семью Ивана Павловича! — пытался урезонить Деникина протопресвитер.
Главком, разбитый морально, так и не внял голосу разума. Что было в его власти, сделал полпред Англии Хольмэн: поезд ставки, стоявший на Каботажной пристани, оцепив колючей проволокой, взяли под охрану английские караулы с броневиком.
Антон Иванович сообщил Ксении Васильевне 17 марта 1920 года в письме следующее:
«В Новороссийске напряжение достигло предела. Но введением добровольческих частей и крутыми мерами порядок был сохранен до конца. Транспорты эксплуатировали; отстаивать позиции — трудно было заставить».
Конец был неизбежен и неотвратим.
«Новороссийская катастрофа» (так ее называли современники) продемонстрировала всю степень разложения войск и особенно тыла ВСЮР. По оценке Деникина, Новороссийск представлял собой в то время «военный лагерь и тыловой вертеп». Войск было много, а судов для эвакуации мало. Началась паника.
Меры, принятые для наведения порядка, не смогли изменить ситуацию. Командир Добровольческого корпуса генерал Кутепов заявил Деникину: моральное состояние войск, их крайне нервное состояние не дают возможности оставаться на позициях. Красные части почти без боя вошли в Новороссийск, что стало началом конца генерала Деникина.
И вот последний оплот Белого дела — маленький Крымский полуостров, где сосредоточилось все, что осталось от ВСЮР.
Деникин непосредственно стал командовать армией, которая была сведена в три корпуса (Донской, Добровольческий, Крымский), сводную кавалерийскую дивизию, сводную Кубанскую бригаду. Всего 35–40 тысяч бойцов, 100 орудий, до 50 пулеметов. Крымский корпус (5 тысяч человек) по-прежнему перекрывал перешеек. Главком поставил армии ближайшую задачу — оборона Крыма.
Деникина все более одолевала моральная и физическая усталость. Нервозность, потеря веры в дух войск, растерявших свои лучшие качества, смутная внутренняя и внешнеполитическая обстановка приводят его к крупным стратегическим и оперативно-тактическим просчетам…
Победные марши стихли быстро. В скором будущем Антону Ивановичу предстоит выпить до дна горькую чашу побежденного.
ГОСУДАРСТВО «ЦАРЯ АНТОНА»: ДИКТАТУРА