Одни части пробивались с боем, сохраняя порядок, другие — расстроенные, дезориентированные — сновали по полю взад и вперед, натыкаясь на огонь японцев. Отдельные люди, то собираясь в группы, то вновь разбегаясь, беспомощно искали выхода из мертвой петли. Конные разъезды служили для многих маяком… Все поле, насколько видно было глазу, усеяно было мчавшимися в разных направлениях повозками обоза, лазаретными фургонами, лошадьми без всадников, брошенными зарядными ящиками и грудами развороченного валявшегося багажа даже из обоза главнокомандующего…
В первый раз за время войны Антон Иванович видел панику. Но к 17 марта наступательный порыв японцев иссяк, кризис миновал. Мукденская операция принесла обеим армиям большие потери. Русская армия — 90 тысяч убитыми, ранеными и пленными, причем убитых и раненых — около 71 тысячи человек. Японская армия соответственно — 71 тысяча и 70 058 человек.
А. И. Деникин, анализируя бесславную Мукденскую операцию, писал:
«Никогда еще судьба сражения не зависела в такой фатальной степени от причин не общих, а частных. Я убежден, что стоило лишь заменить заранее нескольких лиц, стоящих на различных ступенях командной лестницы, и вся операция приняла бы другой оборот, быть может, гибельный для зарвавшегося противника».
Такая точка зрения весьма оригинальная, хотя и дискуссионная. Но в военной истории есть примеры, когда полководческий гений переламывал самые неблагоприятные ситуации.
ПОСЛЕДНИЕ АККОРДЫ
На войне, как на войне.
Мукденское сражение, выявив острый дефицит полководческих талантов, предугадало бесславный конец в Русско-японской войне, но он еще был впереди.
Вопрос о замене Куропаткина был предрешен. Николай II хотел заменить его прославленным генералом Драгомировым, но понял: бесполезно. Михаил Иванович был давно болен. И к тому же крайне нигилистически относился к этой войне, видя всю неподготовленность к ней России. Он переживал, что русский воин будет напрасно проливать кровь за непонятную аферу сильных мира сего. Когда Драгомиров тяжелобольным приехал на родину в Конотоп, то в зале ожидания вокзала, невзирая на множество публики, начал ругать Петербург, царя и дураков-министров. Городовые и жандармы стояли тут же, взяв почтительно под козырек.
По дороге на хутор он сказал приятелю:
— Помру… эта война меня сразу подкосила!
Так и случилось…
Генерал Куропаткин послал государю телеграмму, прося оставить на любой должности в действующей армии. Царь предоставил ему командование 1-й армией.
Новым главнокомандующим стал генерал Н. П. Линевич — добрый и покладистый человек, пользовавшийся известной популярностью среди солдат (за глаза его звали «папашей»), но стратегическим мышлением не обладал. Одним словом, выбор Николаем II нового главнокомандующего — кадровая рокировка по принципу: «шило на мыло»…
Штаб Линевича с переходом в наступление медлил. Ожидали результат выхода в Тихий океан эскадры адмирала Рожественского.
Странная это была эпопея…
Из Балтийского моря адмирал вел свои корабли по непонятному маршруту: Северное море, Атлантический океан, берег Африки, затем Индийский океан и, наконец, Китайское море. Двенадцать тысяч миль за один месяц. Двенадцать броненосцев, восемь крейсеров и девять миноносцев с некоторым запозданием вошли в Северное море, где 22 октября 1904 года открыли огонь по мирным британским траулерам, приняв их за японские суда! Кругосветное путешествие могло бы на этом и кончиться, если бы инцидент не был урегулирован усилиями дипломатов.
Много непонятного в одиссее адмирала Рожественского… Но авантюра это была несусветная: соотношение сил и средств не в нашу пользу, не имелось ни одной базы на всем пути в 18 тысяч миль у данных малых морских сил.
Эскадра погибла 27 мая 1905 года под Цусимой… Еще одна кровоточащая рана в военной истории Отечества.
Эскадра погибла, а японцы, понеся большие потери, не хотели рисковать новым наступлением утомленных войск. Поэтому в течение 6 месяцев на фронте царило затишье. Скучал в это время Антон Иванович в конном отряде генерала Мищенко.
Отряд состоял из Урало-Забайкальской казачьей дивизии, Кавказской туземной бригады и нескольких конноохотничьих команд стрелковых полков. В середине мая прибыла из России Кавказская дивизия в составе кубанских и терских казачьих полков.
Отряд генерала Мищенко входил в состав 2-й армии и имел задачей охрану правого фланга армии и глубокую разведку расположения противника. В то время как на фронте царило полное затишье, конный отряд с 10 марта и по 1 июля был в постоянных боях. Девять раз он ударял по флангу и тылу расположения армии японского генерала Ноги.