30 июля министр Сазонов делает отчаянную попытку предотвратить конфликт. Вручает послу Пурталесу следующее заявление:
«Если Австрия, признав, что австро-сербский вопрос принял характер вопроса европейского, заявит готовность удалить из своего ультиматума пункты, посягающие на суверенные права Сербии, Россия обяжется прекратить свои военные приготовления».
Такую формулу и Сазонов, и Пурталес понимали так: за полный отказ от мобилизации Россия даже не потребует от Австрии немедленного прекращения ею военных действий в Сербии и демобилизации на русской границе.
Подобное предложение сделано было, по словам Сазонова, по его собственной инициативе, без полномочий от государя. Пурталесу он прямо заявил, что никакое русское правительство не могло бы пойти дальше, «не подвергая серьезной опасности династии». Через несколько часов из Берлина пришел ответ — категорический отказ. Жребий был брошен…
В русском Генеральном штабе ясно отдавали отчет, что через несколько дней все равно придется объявить общую мобилизацию, вызвав тем величайший хаос. По настоянию Генерального штаба, после совещания Сухомлинова, Янушкевича, Сазонова, последний доложил об этом государю. В воспоминаниях Сазонова подробно описаны те исторические минуты. После доклада министра и кратких реплик императора наступило тяжелое молчание…
— Это значит обречь на смерть сотни тысяч русских людей! Как не остановиться перед таким решением!.. Вы правы. Нам ничего другого не остается, как ожидать нападения. Передайте начальнику Генерального штаба мое приказание об общей мобилизации.
Все эти колебания, отмены, проволочки Петербурга, продиктованные иллюзорной надеждой — до последнего момента избежать войны, — вызывали в стране чувство недоумения, беспокойства и большую сумятицу. Особенно в Киеве, который был центром организации противоавстрийского фронта.
В эти дни Антон Иванович с трудом разгребает лавину дел, нахлынувших на него! Руководствуясь проектом «Положения о полевом управлении войск», он организовал составление новых списков личного состава. Однако когда через 3 дня фельдъегерь из Петербурга привез несколько экземпляров свежеотпечатанного «Положения…», то оказалось, что оно во многом с проектом… не сходится.
Напряженная работа предыдущих дней пропала даром. Все снова принялись лихорадочно пересоставлять списки… Такой сумбур свидетельствует не только о чрезмерной беспечности главных петербургских управлений, но и доказывает, что война явилась неожиданностью, хотя со времени сараевского выстрела Гаврилы Принципа в эрцгерцога прошло 33 дня.
И все-таки мобилизация прошла по всей огромной России вполне удовлетворительно, и сосредоточение войск закончено было в установленные сроки. Видимо, потому, что много добросовестных военных профессионалов, подобных Антону Ивановичу, делали в экстремальных условиях простое будничное дело…
Главнокомандующим Юго-Западным фронтом стал генерал Н. И. Иванов. Обязанный карьерой ряду случайных обстоятельств, в том числе подавлению Кронштадтского восстания, он — человек мирный и скромный — не обладал большими стратегическими познаниями и интересовался больше хозяйственной жизнью округа. Но начальником штаба назначили генерала М. В. Алексеева — большого авторитета в стратегии и главного участника предварительной разработки плана войны на австрийском фронте.
Командующим 8-й армией был назначен генерал Брусилов, начальником штаба генерал Ломновский. Антон Иванович назначается генерал-квартирмейстером 8-й армии.
1 августа 1914 года Германия объявила войну России, 3 августа — Франции, 4 августа немцы вторглись на бельгийскую территорию, и английское правительство сообщило в Берлин, что оно «примет все меры, которые имеются в его власти, для защиты гарантированного им нейтралитета Бельгии».
Первые уверенные шаги к апокалипсическому безумию сделаны. Каждый в тайне надеялся, что в конце света выживет именно он…
Австрия медлила. Русский царь, все еще надеясь потушить пожар, повелел не открывать военных действий до объявления ею войны, которое состоялось наконец 6 августа. Вследствие этого наша конница, имевшая всего четырехчасовую мобилизационную готовность, смогла бросить за границу передовые эскадроны только на шестой день.
Но ангелы апокалипсиса уже слетели на грешную землю…
ПАДЕНИЕ В БЕЗДНУ
Волк сказал стаду: «Давайте, овцы, договоримся на экономической основе. Я не буду жрать вашу траву, а вы будете отдавать мне свое мясо».