- Xin chào! — сказала Лана, улыбаясь.
Женщина не ответила, и Лана задалась вопросом, что, черт возьми, здесь происходит. Дело в Тейлоре Лейне? Потому что он белый? Некоторые вьетнамцы, пережившие войну во Вьетнаме, до сих пор питали предрассудки. Они помнили воздушные налеты, напалм и «оранжевый агент. - Они пережили эпоху, когда всё, что пришло с Запада — музыка, джинсы, танцы, книги — было объявлено злом по официальному указу. Но в наши дни такие настроения встречались редко благодаря бурно развивающейся экономике, подкреплённой иностранными инвестициями, и правительству, проводящему прозападную политику. За более чем десять лет, прожитых Ланой в Ханое, она могла пересчитать по пальцам, сколько раз ей приходилось сталкиваться с кем-то, открыто враждебно настроенным по отношению к американцам. Чтобы целая деревня придерживалась таких взглядов, было неслыханно.
Тем не менее Лана не могла отрицать ту атмосферу, которую она ощущала: эти люди не хотели, чтобы она здесь находилась.
Из-за хижины кормящей женщины выбежала тощая дворняга. Она зарычала и агрессивно подняла хвост.
Лана замерла.
Дворняга подбежала к краю дороги и стала ходить туда-сюда, не сводя с неё глаз. Один глаз был синим, другой — янтарным. Она остановилась, чтобы почесать бок задней лапой. Затем начала лаять.
— Всё в порядке, — сказала Лана. — Хорошая собачка. Ты хорошая собачка…
Дворняга перестала лаять.
Она присела на корточки и протянула руки. - Вот хороший мальчик. Разве ты не хороший мальчик? Иди ко мне.
Внезапно его поведение изменилось. Он подбежал к ней, теперь уже виляя хвостом. Он прижался мордой к её лицу и лизнул ей щеку. Смеясь, она обхватила его голову ладонями и почесала за ушами.
А потом отшатнулась от отвращения.
Он был весь покрыт клещами. Они роились по его шерсти и по безволосому животу — и крошечные личинки, и толстые, напитавшиеся кровью взрослые особи.
Лана вскочила на ноги и пошатнулась, отступив на шаг назад. Но дворняга нашла в ней друга. Он терся об её бедро и прижимался мордой к её промежности, визжа и виляя хвостом с таким энтузиазмом, что вся его задняя часть раскачивалась из стороны в сторону. Скорее всего, он хотел, чтобы она хорошенько почесала его зараженную клещами шерсть.
Лане чуть не стало тошно. - Хватит! — сказала она, отталкивая его морду. - Уходи!
- Профессор? — тревожно позвала Карен. - Вы в порядке?
- Я в порядке! — ответила она. - Он безобидный. - Затем снова обратилась к дворняге: - Хватит!
Дворняга перестала вилять хвостом и наклонила голову в её сторону. Скорее всего, с ней раньше никогда не разговаривали по-английски, но она умела распознавать интонацию, а в голосе Ланы слышались строгость и гнев. Возможно, она ассоциировала такую интонацию с резким пинком в ребра от раздражённого жителя деревни или с избиением палкой. В любом случае собака оставалась посреди дороги еще несколько мгновений, и в её разноцветных глазах читалось нечто, почти напоминающее чувство предательства. Затем, тихонько скуля, она опустила морду на землю и, надув губы, ушла, скрывшись за лачугой.
Кормящая женщина по-прежнему без выражения смотрела на Лану, и у Ланы возникло самое странное предчувствие. Он мёртв. Ребёнок мёртв. Она прижимает к груди мёртвого младенца.
Отведя взгляд, Лана продолжила идти к мужчине, стоящему под деревом. Она остановилась в дюжине футов от него. Это был пожилой человек с кожей, похожей на потрескавшуюся кожу, и тонкой, непослушной копной седых волос. На нем были свободные черные брюки и белая хлопковая туника. В одной руке он держал большой нож, а в другой — кусок дерева. Похоже, он вырезал какую-то птицу.
Лана слегка поклонилась. - Чао ань, — уважительно поздоровалась она. Она не ждала ответа и не получила его. Она продолжила по-вьетнамски: - Можно с вами поговорить?
Он ничего не ответил.
- Меня зовут Лана Дао. Я профессор Ханойского университета. Я изучаю приматов и других млекопитающих. Меня также интересуют мифы, связанные с Нгуой Рунг.
В глазах старика что-то изменилось — по крайней мере, Лане так показалось. Его лицо оставалось нечитаемым.
Монтаньярды, наряду с другими коренными племенами центральных и южных регионов Вьетнама, издавна верят в существование таинственного обезьяноподобного существа, которое часто называют «Батутут» или «Нгуой Рунг. - Это криптид, описываемое как гоминид, не относящийся к роду Homo, якобы обитает в отдалённых горах и густых джунглях этого района. В 1947 году французский колонист якобы заметил это неуловимое существо (которое он назвал l’homme sauvage, или «дикий человек»), но только во время Вьетнамской войны вьетнамский «Бигфут» стал широко известен. Несколько американских патрулей в отдалённых районах сообщали о встречах с обезьяноподобными существами, которые были размером с человека, ходили на двух ногах, обладали мускулистым телом и были ловкими. Солдаты прозвали их «скальными обезьянами, - потому что те бросали в солдат камни (как правило, в ответ на то, что солдаты первыми бросали в них камни).