- Что ты имеешь в виду? — спросил его Ника.
- Это называется разговорными занятиями. Обычно в группе всего два-три ученика, и я просто болтаю с ними.
— И тебе за это платят?
— Лучший способ выучить английский — это говорить на нём, а не изучать синтаксис. В любом случае, большинство моих учениц приходят на занятия не для того, чтобы выучить английский. Это скучающие домохозяйки, которым нужно чем-то заняться, пока их мужья на работе.
— Звучит как-то подозрительно, — сказала Ника. — Ты уверен, что «преподавание» — это всё, чем ты занимаешься с этими отчаянными домохозяйками?
— Что ты имеешь в виду?
Попай сказал: - Она имеет в виду, есть ли у тебя какие-нибудь побочные заработки, приятель? Вне класса.
Клод нахмурился — потом принял виноватый вид. - О. - Он покачал головой. - Конечно, нет. Я профессионал.
- Профессиональный собеседник, да…
- Может, я смогу этим заниматься? — спросила Ника.
- Преподавать английский? — переспросил Клод.
Она кивнула. - Мне нужна работа. Трудно устроиться?
- Нет, для американки это очень легко. У тебя есть высшее образование?
- Э-э… нет.
Попай неодобрительно хмыкнул.
Она проигнорировала его и сказала: - Я училась в Стэнфорде, но бросила учебу, не доучившись до диплома.
- В крупных школах требуют высшее образование. Но ты могла бы устроиться в небольшую школу, такую как моя. Я даже мог бы спросить у владельца, если хочешь. Мальчишки тебя полюбят.
Она подозрительно посмотрела на него. - Я не буду заниматься ничем, кроме преподавания.
- Конечно! Это и есть всё, чем мы занимаемся. Преподаем английский. Не знаю, почему ты думаешь, что это какой-то бордель или что-то в этом роде.
— А ты что думаешь, Папи? — спросила она, снова повернувшись к нему. — Может, мне остаться во Вьетнаме и преподавать английский?
— Звучит как многообещающая карьера, — саркастически заметил он.
— По крайней мере, здесь я буду в безопасности.
— В безопасности? — переспросил Клод.
— Мой бывший парень пытается меня убить.
- Серьёзно?
Она кивнула, но больше ничего не сказала; ей не хотелось думать об Ари Шварце.
Клод уловил намек и не стал настаивать. - Ну, если хочешь, чтобы я поговорил с владельцем моей школы, просто дай мне знать…» С пронзительным криком он вскочил на ноги. Он споткнулся о сиденье и тяжело упал на спину. - Уберите это! Уберите это!
Ника замерла, глядя, как огромный многоножка пробежала по его коленям. Её сегментированное красновато-коричневое тело было длиной с её стопу и толщиной с приплюснутую сосиску. Заострённые желто-оранжевые лапки шевелились, словно синхронно двигающиеся личинки, продвигая её вперёд с удивительной скоростью.
Оно упало на деревянные доски лодки, но успело пробежать лишь небольшое расстояние, прежде чем толстый резиновый каблук ботинка Попая раздавил ему голову. Его отвратительное тело скрутилось, забилось, а затем стало неподвижным. Попай поднял его голыми руками и гордо поднял перед собой. - Большой ублюдок.
— Фу, как противно! — воскликнула Ника. Холодный озноб словно застрял под её кожей, по которой побежала гусиная кожа. Она вздрогнула и отвернулась.
Бормоча что-то по-французски, Клод привстал и сел. Выглядел он так, будто сейчас его стошнит.
Попай швырнул дохлую многоножку в реку и сказал: - Повезло, что она тебя не укусила, приятель. Это бы было бы больно-больно" — он ухмылялся.
Через некоторое время они приблизились к деревянному причалу, торчащему из берега реки, словно отрезанная конечность. С одной стороны некоторые сваи обрушились, так что причал наполовину погрузился в коричневую воду. Эрнест причалил рыбацкую лодку к целой стороне и привязал швартовый трос к торчащему брусу. Он первым вылез на берег там, где доски ещё были ровные, а затем помог Нике. Клод вышел последним.
Он шёл впереди через невероятно густые и высокие джунгли с тройным пологом — природа стёрла первоначальную тропу — пока они не дошли до бункера. Он был построен из вручную обтесанных бревен, крупных камней и утрамбованной земли. Теперь это было не более чем странно выглядящий бугор на земле, скрытый под поваленными деревьями, кустарником и слоновой травой. Только черное, как могила, входное отверстие, не заросшее растительностью, выдавало его назначение. Эрнест вспомнил, что таких бункеров было еще с десятки, выстроенных вдоль внешнего периметра базы.