Когда Ковбой умер в ’69-м, Эрнест похоронил его во временной могиле, которую выкопал на склоне туннеля и обозначил большой буквой «С. - Тогда уже наступил сезон дождей, и почва — смесь песка и земли — была почти как сахар и легко поддавалась раскапыванию. Сегодня сезон дождей только начинался, дожди ежедневных муссонов ещё не пропитали землю, и почва была твёрдой, как бетон. Копать в ней ножом Боуи было мучительно медленной работой. К тому же, складывать кости дорогого друга одну за другой в мешок было психологически изнурительно —
Эрнест остановился так резко, что ухватился за ветку дерева, чтобы не потерять равновесие.
Нахмурившись, он вытер дождь с глаз.
Оно всё ещё было там — тело мужчины, растянувшегося лицом вниз на земле у его ног. Он чуть не наступил на него.
Тело мужчины без головы.
За время войны Эрнест видел немало трупов, в том числе и безголовых (тело Рики Линна было последним, но не первым), и он подозревал, что это — ещё одна из его галлюцинаций, вызванных лекарствами.
Тем не менее он опустился на колени рядом с телом и прикоснулся к левой руке. Она была холодной. Он прощупал под чёрной рубашкой и обнаружил, что кожа под ней была чуть теплее.
Его галлюцинации о Ковбое были реалистичными, но в то же время немного напоминали просмотр телевизора. Ковбой стоял перед его глазами, как с картинки, говоря с техасским акцентом, но Эрнест всегда где-то в глубине сознания понимал, что его там не было, что он был лишь проявлением, не более того.
Теперь он не был уверен, что дело обстоит именно так.
Он снова вытер дождь с глаз и заметил нашивку 75-го пехотного рейнджерского полка на правом плече чёрной рубашки.
- Что за чёрт…? — пробормотал он, осознав, что этот человек — тот самый пьяница из ресторана прошлой ночью. Он взглянул туда, где должна была быть голова над грубо отрезанной шеей, и хотя сейчас там ничего не было, он прекрасно помнил наглое лицо Стивена Сигала под чёрным беретом.
Что он делал здесь, посреди джунглей?
И кто, черт возьми, отрезал ему голову?
И зачем?
Резко встав, Эрнест почувствовал приступ головокружения. Он уперся рукой в мокрую кору дерева и зажмурил глаза, пока головокружение не прошло.
Может, это всё-таки галлюцинации?
Но это не так. Он и не спал. Всё было ярко и реально.
Слишком реально.
И тут он с тревогой подумал: Скутер.
Менее чем через минуту Эрнест добрался до реки. Шторм превратил некогда спокойное русло в пенящийся поток. Рыбацкая лодка качалась вверх-вниз на конце натянутой веревки, словно воздушный змей, попавший в глаз торнадо.
Ники и Клода в ней не было.
— Скутер! — крикнул он. Молния, белая и беззвучная, осветила небо над рекой. Гром раскатился, затрещал и прогремел. — Скутер, черт возьми! Где ты? — Его голос заглушался завесой дождя.
Мысли мчались в голове, но он не мог понять, что могло произойти, пока он был под землей. Однако он был уверен, что пьяница имел какое-то отношение к исчезновению Ники и Клода. Может, он напугал их, и они убежали в кусты? Может, они где-то прячутся, напуганные, но в безопасности? Он надеялся, что дело именно в этом, но не был уверен, что может в это поверить. Кто-то обезглавил пьяницу, и этот кто-то, по всей видимости, все еще был поблизости.
- Скутер!
Дождь.
- Скутер!
Призрачный, гулкий, Ху!
Эрнест замер.
За этим последовала серия криков, повышающихся по тону, пронзающих шторм так, как не мог его собственный голос.
Сова, понял он.
- Скутер! — крикнул он в последний раз, прежде чем вернуться по своим следам.
Эрнест осмотрел окрестности обезглавленного тела пьяницы в поисках следов или каких-либо других улик, которые могли бы пролить свет на то, что с ним произошло. Он обнаружил «Кольт Мустанг, - частично погруженный в грязь — по сути, уменьшенную версию его «1911-го. - Он поднял небольшой пистолет и вытащил барабан. В двух из шести гнезд были патроны.
Может, пьяница стрелял в того, кто на него напал?
Эрнест осмотрел близлежащую растительность и землю в поисках крови, но ничего не обнаружил. Хотя это и не доказывало ничего. Даже если бы она и была, дождь, скорее всего, смыл бы её.
Но не кровь под землёй…
Эрнест переждал внезапный приступ кашля — дождь и холод сказывались на его ослабленном иммунитете — а затем осмотрел свои колени и локти. Оба места были грязными и мокрыми, но он был уверен, что более тёмные пятна — это кровь.