После того как все оказались внутри, мы решили осмотреться вокруг. А, что, вовсе и неплохая обстановочка: большая комната, с обшарпанными обоями, дырявой крышей и выбитыми стеклами. Да, если тут произвести «небольшой косметический» ремонт, то из этого бунгало можно просто сделать конфетку. По всей комнате, было разбросано всевозможное химическое оборудование: всевозможные скляночки, колбочки, пробирки и баночки. В некоторых были даже, какие-то странные заспиртованные создания (наверняка, жертвы их научных экспериментов). Здесь были и двухвостые ящерицы, всевозможных цветов. И лягушки с тремя глазами и пятью лапами. И даже маленькие существа, очень напоминающие человека. Только у них была ярко-желтая кожа, пять (а бывало и семь) мелких глаз, и широкий рот, усеянный множеством мелких зубов.
— «Глапупиус парнатиум», — прочитал по слогам юный «терминатор», табличку на пробирки с одним из таких человечков. — Не понимаю. Зачем, так мудрить. Написали бы просто «гном обыкновенный». И всем сразу все станет просто и понятно.
— Это наука, мальчик мой. У людей, с научным складом ума все как-то по своему. Вот и эти братья выдумали свой язык, который будет понятен только им, — Наташа тоже стала изучать эти экспериментальные образцы. Затем вздрогнула и нервно отвернулась. — Брр… мерзость, какая. Не понимаю, как можно подобным образом издеваться над живыми созданиями.
— Ну, что тут поделать, — развел руками я. — Любая наука требует жертв. — Затем, посмотрев на одну из пробирок, добавил. — Даже такая странная как эта.
— Ух, ты, — восхищенно заахала принцесса, добравшись до заспиртованных созданий. — Как здесь интересно. — Лена попыталась взять в руки одну из пробирок и тут же чуть не получила по рукам от Тома.
— Не трогай! — Затем, он вспомнил, что с ней надо на «вы», и сбавил голос на пол тона ниже. — Вечно хватаете, что ни попадя, Ваше высочество. А потом еще удивляетесь, почему по всему телу у вас пошли струпья или еще какая-то гадость.
— Ну, и что! — обиженно буркнула юная принцесса, усердно потирая «ушибленную» руку. — Тебе, то какая разница? Ты же мне в няньки не нанимался.
— Да! Но я перед всеми поклялся, что буду защищать вас от любой опасности, которая будет вам угрожать.
— Но сейчас, то ей ничего не угрожало, — шепнула ему на ухо черный маг, что вызвало у парня сильное чувство стыда и обиды за свой поступок. Но вместо того, чтобы строить из себя безвинно обиженного, Том подошел к Лене и погладил ее по голове. На удивление, девушка, даже и не пыталась вырваться. Вместо этого она посмотрела на бывшего морячка и мило ему улыбнулась. От этого Том очень сильно смутился и уставился в пол.
— Извините меня… пожалуйста, — пробубнил он себе под нос. — Я был не прав, а вы правы… и еще я… я…
— Ну? — заинтересовалась Лена.
— Сам дурак, — с трудом закончил извиняться бывший пират и еще сильнее углубился в изучение пола. Подобное извинение вызвало у Лены сильное удивление и волнение за его здоровье.
— Что это с тобой, Томас? — взволнованно поинтересовалась она. — Ты не болен?
— Да вроде нет, — парень пощупал свой лоб. — Точно, нет. Я здоров, как никогда.
— А, по-моему, ты все-таки болен, — принцесса с трудом смогла дотянуться до его лба. — У-у-у… — протянула она после осмотра «больного». — Слушай, Томми. Да у тебя же жар! Ты весь горишь! Голова не болит? Не подташнивает?
— Да нет вроде, — на автомате повторил он.
— А ноги не подкашиваются? А язык нормального цвета?
— Так! Хватит! — остановил я, девушек. Еще чуть-чуть и они его до смерти засюсюкают. А им только повод для этого дай, так они от тебя вообще не отстанут, пока не удостоверяться пока ты абсолютно «не выздоровеешь». — Он совершенно здоров, и не надо к нему приставать со своей заботой. Он еще не готов к такому количеству внимания.
— Почему же? — задорно выпалил Том. — Очень даже готов. Да и вообще… — я вовремя успел закрыть ему рот, прежде чем он успеет сморозить очередную глупость.
— Мы уже знаем, что ты ко всему готов. Только, пока хотя бы немножко, постарайся держать язык за зубами, — прошептал я ему в самое ухо. — А если не будишь слушаться, то я всерьез займусь твоим воспитанием. Понял? — парень энергично закивал головой. Я, дружественно, хлопнул его по плечу и отпустил.
Пройдя еще всего лишь пару шагов вперед, мы остановились, и я снова прислушался.
— Что опять некроманты, да? — я молча закивал головой.
— Они, здесь, но их почему-то очень плохо слышно. Наверное, спрятались в какой-нибудь комнате и обсуждают, как лучше избавиться от этих братьев ученых.
— Как это на них похоже. — удрученно покачала головой Натали. — Вечно издеваются над тем, кто послабее.
— Ох, и чего же это им не иметься, — вздохнула Лена, слегка зевнув. — Мы же вроде бы задали им хорошую трепку, тогда на корабле. Что им еще от нас надо.
— Во-первых, не вы, а мы. Ты, если помнишь, неизвестно чем занималась, пока мы вкалывали за троих, — принцесса хотела возмутиться, но Наташа продолжила свою мысль, не обращая внимания на ее возмущения. — А во-вторых, некроманты охотятся, не только за нами, но и за всеми магами у кого наиболее высокий магический потенциал.
— Тише, — предупредил я шепотом. — Прячемся. Сюда кто-то идет. — И не успел я договорить до конца как ребят мгновенно след простыл. Вот, в чем, в чем, а прятках им не уступишь. Надо бы и мне где-нибудь спрятаться, а то не дай бог попаду некроманту под горячую руку. Я вовремя успел спрятаться, под каким-то навесом, под которым был ворох грязного белья. Фуу! Они, что носки вообще не меняют. Ну и запашок.
— Терпи. Я же терплю, — шикнул кто-то из темноты (навес был приличных размеров, и в комнате была кромешная тьма.)
— Кто здесь? — прошептал я, ощупывая темноту. Внезапно палец уткнулся во что-то мягкое. Это «что-то» ойкнуло и двинуло мне прямо по уху. — Ты чего?! Шуток не понимаешь?!
— Ничего себе шуточки, — обиженно пробурчал голос рыжей волшебницы. — А если тебе ткнуть пальцем в бок, что бы тогда сделал.
— Я бы дал сдачи.
— Вот видишь. И нечего возмущаться. Это была лишь допустимая самооборона.
— Нечего себе оборона, — буркнул я потирая ухо. — Так ведь и убить можно.
— Ну, прости, прости. Хочешь когда мы закончим со всеми делами я тебя поцелую?
— Хочу, — на автомате ответил я, и тут же услышал поцокивание языком и приглушенный смех несостоявшегося некроманта.
— Ай-яй-яй! Так я и думала — все вы мужики одинаковые. Вот, если вы только пальчик пораните, сразу начинаете слезы лить в три ручья и плакаться нам в жилетку, чтобы вас пожалели. А нас-то… нас — женщин кто пожалеет. Каждый день одно и тоже: утром на работу, вечером с работы, дома дети и муж некормленые, собака не выгулянная, в доме не убрано, кругом кавардак, а когда все это разгребаешь, то неожиданно понимаешь, что времени на сон уже не осталось, и начинаешь штопать носки. Да, если бы не женщины, вы бы…
— Тихо, — прервал я ее нравоучения, так как услышал скрип открывающейся двери, топот и пару спорящих между собой голосов и пару ног ставших рядом с нами.
— Ну почему всегда я!! — возмутился трескучий голос, уже чуть ли не срываясь на писк.
— Потому что, у тебя лучше всех получается, выжимать сведения из заложников, — успокаивал его сиплый голос. — Так, что давай побыстрее со всем этим закончим, сдадим рапорт и на боковую.
— Ладно, согласен. Только я сомневаюсь, что нам дадут отпуск. В гильдии наклевывается нечто сверхграндиозное.
— Да-а. Всегда они так говорят. А потом оказывается, что это опять какое-то нудное собрание, где нас заставляют снова петь эти дурацкие песни и приносить уже чуть ли не в сотый раз эту идиотскую клятву…