— Кто бы это сейчас не был, все равно будет лучше, если мы его сейчас скрутим и разузнаем все, что ему надо. А раз Петр ничего не боится, то ему и карты в руки.
— А почему я?! — обиделся ученый. — Чуть что сразу Петр, Петр. Вот Вы сэр Денвер это придумали, вам и воплощать эту идею в жизнь, а я умываю руки…
И только мы собрались затеять новую ссору, как вдруг человек прислушался, покрепче взял в руки дубину и медленно стал приближаться к нам.
— Придется действовать вместе. Так что на счет три все валим маньяка на пол, скручиваем и покрепче связываем. Готовы? — все кивнули. — Три!
Несмотря на столь быстрое течение событий, ребята снова отреагировали почти мгновенно. Этот маньяк не успел даже пискнуть, как оказался на полу, а затем привязанным к спинке стула.
— Что вы делаете?! — хриплым голосом завопил он. — Отпустите меня немедленно! Кто вы такие?!
— Не бойтесь не гости.
— Да уж гости, так никогда бы не поступили.
— А почему здесь так темно? — спросили Лена. — Давайте шторы, раздвинем, что ли? — Все согласились. И действительно при свете помещение оказалось более приятней, чем в темноте. Тем белее, что мы, наконец, удостоились рассмотреть нашего пленника. Какого же было наше удивление (в основном мое и Наташи), что наш оказался буквально как две капли воды похож на Чарли Чаплина, только заметно постаревшего, в смешных туфлях и пыльной мантии. А в руках у него оказалась бутылка с мутной жидкостью и коробок с надписью «Сухомятка». Наверное, сухарики какие-нибудь.
— Черт… Свет слишком яркий. Ничего не вижу, — старец несколько раз поморгал, а затем уставился прямо на нас.
— Вы кто такие, а?!
— Тоже самое, мы хотим спросить и у Вас? — парировали мы.
— Я первым спросил! — возмутился пленник. — Отвечайте, что вы делаете в моем доме и почему, вы связали меня как преступника?
— Как это в вашем доме? — удивились мы.
— А вот, так это. Я продал свой дом и теперь живу в башне. И так как я здесь хозяин, то имею полное право, выгнать вас вон отсюда!
— Ах, ты старый… — возмутился Томас, сильно сжав кулаки.
— Не надо, — умерил его пыл Петр. — Этот человек, в самом деле, говорит правду. Он здесь живет и мы для него действительно незван ые гости.
— Между прочим, мы сюда попали не по собственной воле, — напомнила Лена.
— И скорей всего, что нас перенесло сюда довольно сильное заклинание, — дополнила ее черный маг.
— Вот это да, — восторженно прошептал пленник.
— Что значит это ваше «вот это да»? — все сразу обратили на него внимание.
— Никогда бы не подумал, но похоже, что мои варева наконец-таки начинают работать!
— В каком смысле варева? — удивились мы.
— В прямом смысле. Видите ли, я — алхимик и поэтому некоторые представления о разнообразных травах, настоях…
— Короче Склифосовский, — гаркнул на него Петр. Алхимик молча поморгал.
— Ладно. Короче, так короче. Дело в том, что в последнее время я пытался изобрести зелье, которое помогло бы беспрепятственно путешествовать во времени и пространстве. Но, увы, все мои последние опыты оказались провальными. Крысы и ящерицы, на которых я ставил эксперименты, либо не перемещались вовсе, либо исчезали, но по частям. При этом существо погибало, потому что делилось надвое.
— И как же Ваше заклинание выбрало нас? Алхимик пожал плечами.
— Сам не знаю. Я вроде бы делал все как обычно, как вдруг «Бац!» — котел опрокинулся, а все мое зелье вылилось на пол, оставив после себя липкие пятна. Что же мне по-вашему оставалось делать. Я, конечно, слегка выругался, развернулся и пошел искать половую тряпку, чтобы стереть эту гадость с пола. А когда вернулся сюда за шваброй, то тут вы меня и связали.
Мы не стали уточнять зачем у него бутылка (мало ли, горе какое у человека или наоборот веселье), принесли ему свои извинения и развязали веревки.
— Вот и хорошо, — алхимик отряхнулся и снова взял в руки бутылку и коробок с сухарями. — А теперь, будьте добры, представьтесь, пожалуйста. Мы поочередно назвали ему свои имена.
— Слушайте, — почесал подбородок алхимик, косясь на принцессу. Та, в свою очередь, от страха спряталась за наши спины. — А это, случайно, не та ли самая Елена Конопузова, дочь самого короля Тимофея?
— Да! Она самая, — бедный ребенок при этом стал ростом с хоббита. — А зачем это вам?
— Да как же так, — всплеснул руками алхимик. — Король с ума уже сходит все королевство перевернул в поисках своей дочери, а ее все найти не могут…
— Но этого в принципе быть не может, — решилась высказаться пугливая принцесса. — Папа уже полгода как не может самостоятельно встать с кровати. Не то, что отдавать приказанья.
— Что? — удивился алхимик. — Наверное, вы что-то путаете, миледи. Король сейчас находиться в прекрасной форме. Когда я его в последний раз видел, он с легкостью оббегал вокруг своего замка уже пятнадцатый круг.
— Правда? — аж прослезилась от счастья Лена. Алхимик кивнул. — Так значит теперь, он совершенно здоров?
— Как никогда, Ваше Высочество. Очевидно, Ваше пленение пиратами было таким большим шоком для него, что он быстро пошел на поправку и теперь здоровее быка.
— Вот это да, — вытирала счастливые слезы принцесса. — Поверить не могу. Какое счастье! Мы все по очереди поздравили ее с этой радостной новостью.
— Ну, а теперь нам бы очень хотелось узнать Ваше имя, сэр. Если Вы, конечно, не против?
— Да, нет. Меня зовут Лион Стенфорд Даггерт. Работаю местным алхимиком и по совместительству лекарь. Лет пятнадцать назад был рыцарем Тамплиером, но после распада ордена попал в плен, после чего стал тем, кого вы сейчас видите.
— Слушай, а он случайно не тот, кого мы ищем, — шепнул на ухо Наташе я. Она покачала головой.
— Пусть все и сходиться, но алхимия это механическая, а не настоящая магия. Тем более от него исходит весьма незначительный поток энергии.
После того как все мы друг с другом перезнакомились, Даггерт налил нам немного красного вина (как раз из той самой бутылки) для согрева и стал показывать свое скромное жилище. Оказывается алхимик в действительности продал все свое имущество, да еще в придачу назанимал, кому только можно и теперь живет в башне вместе с летучими мышами. А все потому, что два года назад его дочь (захотевшая стать рыцарем-паладином), не выдержала постоянных попреканий отца и сбежала из дома. Больше о ней почти никто и не слышал. Ходили слухи, что ее видели в забытом рыцарском ордене паладинов, спрятанном в глубинах леса, однако попытки, что-либо узнать, ничего не приносили.
— Так значит это ее портрет? — алхимик кивнул и испустил тяжелый вздох.
— Да. Эта картина была написана за неделю, до ее исчезновения. На ней моей девочке семнадцать лет. Даже и не вериться, что прошло столько времени, — Даггерт хмыкнул и прослезился. — Я уже потерял какую-либо надежду когда-нибудь снова ее увидеть, но… я был бы счастлив, встретиться с ней хотя бы на мгновение. Узнать, что у нее все в порядке и она счастлива.
— Не беспокойтесь! Мы отыщем ее, — все разом раскрыли рты от такого заявления Петра, а алхимик просиял ему доброй улыбкой.
— Правда? — не поверил своим ушам Даггерт. Мы продолжали непонимающе смотреть на Петра, а он в свою очередь смотрел, то на нас, то на алхимика.
— Да! — твердо произнес Петр, совершенно нас игнорируя. — Чистая правда.
Счастливый старец со слезами на глазах, бросился обнимать и благодарить Петра, за то, что он взялся за это дело. Неогенетик в свою очередь, одновременно утешал алхимика и посматривал в нашу сторону. Мы же в свою очередь стали прикидывать, как быстро он может бегать, так как вопрос стоит между его жизнью и смертью.
Ну и после довольно долгих криков и споров между всеми нами, Петром и Даггертом, мы все-таки решили взяться за это дело, при условий, что если мы вернем алхимику его дочь, то он поможет нам чем-нибудь в борьбе с некромантами. После чего мы одолжили у алхимика карту местности и отправились на поиски это рыцарского ордена, где и должна находиться дочь Даггерта. А дальше у нас неожиданно началась полоса обломов. Первый облом был в том, что так как об этом ордене почти нечего не было известно, то и место его назначения алхимик пометил на карте весьма приблизительное. Таким образом, что, карта лишь больше запутывала, нежели помогала в поисках. Второй же облом состоял в том, что когда мы все-таки отыскали этот орден, то вместо него на этом месте оказались одни руины. А третий облом был в том, что это оказались как раз те самые руины, за которыми мы прятались при первой встречи со снайперами (только интересно узнать, куда же они все подевались. Наверное, после того спектакля, что мы им устроили, они до сих пор не могут прийти в себя).