Баба Люба с Сонечкой расположились на широком крыльце. Рядом деловито шныряла Шерри. Рядом, задрав хвост, шныряла Шерри. Дочка решила в маленьком детском ведерке сварить для куклы щи из одуванчиков. Пожилая женщина увлеченно объясняла ей порядок закладки ингредиентов.
«Старый что малый», — искоса поглядывала Катя на забавных «поваров», пробегая с ведрами к бане и обратно.
После десятого забега она возжелала сжечь баню собственноручно. Подгибались от усталости ноги, и ломили даже те мышцы тела, о существовании которых Катя и не подозревала. Страшную усталость и негодование она выразила заковыристой тирадой матерных слов. Правда, отойдя на почтительное расстояние от «поварского стана».
Катя сидела в бабы Любиной кухне за столом и рыдала. Делала она это упоенно, с подвыванием:
— У-у, старая карга, — ругала она бабу Любу, размазывая слезы по щекам. — Я думала, умру от напряга, а она еще и подгоняет! Обедать, видите ли, скоро, а вода еще не натаскана. И пол в бане облила — теперь грязно. А как же не разлить, если плещется!
Катя еще раз судорожно всхлипнула и затихла. «Начну готовить, — обреченно решила она, — а то вредная старуха совсем со свету сживет!»
Кухня находилась в кирпичной пристройке к бревенчатой избе. «Мне бы и в избе места — девать некуда, да газовщики заставили пристройку из кирпича сделать. Для газового котла с плитой», — пояснила старая женщина.
Дом у бабы Любы был тесноват и приземист, имел по старинке две проходные комнаты — переднюю и заднюю. На его фоне Катин «подарочный» дом смотрелся дворцом. Роднило соседние дома отсутствие коммунальных удобств. Правда, наличие в доме электричества и газа делало жизнь не совсем уж беспросветной. Бывало хуже!
Катя обвела кухню взглядом. Как все убого! Грубо сколоченный деревянный стол, выкрашенный синей масляной краской и покрытый цветной клеенкой, четыре допотопных табуретки, выкрашенные такой же краской, как и стол. Дореволюционный шкафчик с посудой. Умывальник с раковиной и двумя ведрами для мусора и помоев за ситцевой пестрой занавеской. Голая «лампочка Ильича» на шнуре посреди потолка. Двух конфорочная газовая плита у стены. В углу газовый котел с ответвлением труб и «шляпкой» вытяжки.
Тоска разлилась по Катиному сердцу при мысли о любимой кухне родной квартиры, такой комфортабельной и уютной.
Она подавила воспоминания и принялась за дело. Через полчаса в кастрюле аппетитно булькало, распространяя ароматный запах куриного супа с овощами. Ну вот, скоро будет готово! И убавила огонь конфорки до минимума.
Пока доваривался суп, Катя решила не терять время даром, а спокойно, в тишине, подготовить одежду и документы к предполагаемой поездке в Дубское. Вещи приготовила быстро.
Для поездки она выбрала легкое штапельное платье лилового цвета и очень удобные балетки из черной натуральной кожи. Платье аккуратно повесила на спинку стула, а балетки поставила у изголовья кровати.
«Так, теперь документы! — деловито скомандовала себе Катя. — Без них никуда! Интересно, а свидетельство о рождении Сонечки брать нужно?» Она достала с полки платяного шкафа, любезно предоставленного бабой Любой во временное пользование, свою сумку.
Документы отсутствовали. Сердце от страха ухнуло куда-то к ногам, дышать стало нечем. «Этого не может быть! — пронеслось в голове. — Такое невозможно!»
Катя вытрясла содержимое сумки на тахту, где она спала с Сонечкой. Она не верила своим глазам — файла с документами не было. Обследовала весь шкаф: свою полку и полки бабы Любы. Ничего! Паспорт, дарственная, свидетельство о рождении, диплом — все пропало, все! С надеждой выволокла из угла свои баулы и перетрясла все вещи. Все напрасно! Папка исчезла.
Ей сделалось дурно. Вдруг зазвенело в ушах, перед глазами заплясали сверкающие зигзаги, накатила волна тошноты. Она сползла на пол.
Очнулась от раздававшегося из кухни веселого голоска Сонечки.
«Про суп забыла! Выкипел, наверное. И посолить не успела!» — Катя с трудом поднялась и побрела в кухню. Супа осталось чуть больше половины. «Хорошо хоть, не весь, — обреченно подумала она, — но на завтра все равно не хватит. Старуха зудом изведет, но мне уже все равно. Плевать на все!»
— Мамочка, я кушать хочу! Давай быстрей нам с бабушкой супчику наливай!
— Сейчас! — опомнилась Катя. Она посолила суп и начала быстро расставлять тарелки.
В кухню вошла баба Люба и с порога завела шарманку:
— Катерина, а что чайник на огонь не поставила? Хлеба нарежь, не забудь. Пошевеливайся!