- Ну, так, рождаются они, получается, уже полуволчатами?
- Нет, - терпеливо объясняла Пелагея Ивановна, наглаживая доктору на завтра новый белый халат, - рождаются-то они вроде как нормальными. И растут нормальными, только их не крестят, и крестики носить не дают. Но в определённом возрасте проходит у них какой-то обряд...
- Инициация? - переспросил врач.
- Я не знаю, как это называется, может и "цитация", мы не спрашивали у этих нелюдей. Но по слухам знаем, что лет так в десять-двенадцать выводят они своих волчат ночью в лес, обязательно чтоб в полнолуние. В круг становятся, огни разжигают, кого-то призывают, все в образе зверей, и закалывают жертву. Чаще крадут корову, козу, но могут и человека, если в лесу попадётся. Дают пить кровь своему волчонку, есть мясо людское. Потом он что-то повторяет за ними, ходят они по кругу, взявшись за лапы, и в итоге втыкают перед ним в землю ножи. Волчонок-то их, в смысле- пока ребёнок простой, кувыркается через эти ножи. И должен после этого обратиться в оборотня, тогда его примут в стаю, будет помогать охотиться, выслеживать. Если он, прыгнув через ножи, не обернулся в волчью шерсть - съедают они его там же, нелюди. Не их он, отверг его дьявол. Не желал он продавать душу и служить, что-то не так повторил, специально ли, нечаянно? Звери, одним словом, нелюди. Сваво ребятенка, представляете? У нас однажды Савка хромой нечаянно подсмотрел. Иду, говорит, летом лесом, заблудился малесь, вижу - свет впереди. Ну, я бегом на свет, радуюсь, думаю - люди там, помогут выйти. Хорошо ещё не выскочил сразу, успел рассмотреть этих вурдалаков на поляне возле огней. Затаился, говорит, наблюдаю. И вдруг вижу, ребёнка сваво малого эти сволочи, грызут. Он орёт, вырывается! Ну, негодяи, убила бы! Антихристы! Так Савка наш бегом оттуда в мокрых штанах пять километров без оглядки бежал. Думал: с ума сойдёт. Но Бог миловал. Поседел только волосами, как вы...
Глеб Никифорович непроизвольно погладил свои коротко стриженные с сединой волосы.
- Вот вам, доктор, сколько лет? - пытливо интересовалась Пелагея Ивановна.
- Двадцать семь, - признался доктор.
- Ну вот, жениться вам надо. Будет у вас жена, помощница ваша. Веселей будет. Может, и вурдалаки от вас быстрей отстанут. Они ведь к одиноким цепляются, женатых реже трогают. Одиноких охмуряют...
Глеб Никифорович молчал. Он вспомнил девушку, пришедшую к ним в больницу вместе с отцом поутру. Красота её была необычна, загадочна и таинственна. И с виду-то ничего особенного, правда, распущенные длинные волосы и какие-то изумрудные, миндалевидные глаза... Вот эти глаза не давали покоя врачу. В них хотелось глядеть, в них хотелось тонуть... Он снова обратился к Пелагее Ивановне:
- А вот девушка сегодня приходила... Как думаете, уже их, уже волчица?
Пелагея Ивановна как ждала этого вопроса, заметив так же, что доктору она понравилась.
- Э, Глеб Никифорович, даже не смотрите в её сторону. Раз до этих годков среди них живёт и живая - точно уже оборотень. Вот для чего он её сегодня с собой взял, не подумали? Просто на первую девицу вы не обратили внимания, они вас сожрать надумали. А теперь по второму разу к себе заманивают. Или для потомства ихнего, или снова просто сожрать...
- Да что ж на них управы-то никакой нет? Людей же убивают. Скотину воруют. Сажать их надо.
- Да хитрые они, изворотливые. Разве их поймаешь? Знаете, какие быстрые? А сколько в них силы, представляете? Они же хоть и напоминают волков издали, на самом деле больше на лешего похожи, аль на него, рогатого супостата. Волки - это потому, что на задних лапах передвигаются, да рычат, скулят и воют. А так - нечистая сила в плоти! - и Пелагея Ивановна начала креститься.
- Значит, привлечь к ответственности их не пытались? Безнаказанно убивают?
- Так ведь стреляет -то лесничий в волков... В зверей этих. И жив лесничий наш только благодаря тому, что освещает периодически батюшка избу его в лесу, причащает, да за здравие почитай каждый день поминает. Благодарны мы Григорию, он один с ними воюет. Пострелял их тоже хорошо, когда врача в больнице не было - много подохло. Но вот, теперь к вам повадились ездить, лечиться... И нападают они на людей в образе своём мохнатом, где докажешь, что это Никодим?
- Никодим?
- Да, главный-то их, что сюда по очереди привозит стаю свою подлечиваться - Никодим... Знаем мы его хорошо. Главный он у них вожак. Как волк в стае - главный. Две дочери у него. С нами ведь когда-то жил Никодим, в одном селе... После его выгнали...
-После чего?
- Это я вам, Глеб Никифорович, после расскажу. Поздно уже, домой мне пора...