— В чем дело? Куда она делась?
— Ничего не понимаю, — Булюкин постукивал по рулю и смотрел на ворота, — куда она делась?
— Пойду выясню, — сказал Арнольд, — у меня еще пропуск действует…
Арнольд вернулся в машину через десять минут и сказал:
— Она ушла час назад.
— Что?! — почти хором выдохнули Катя и Булюкин.
— Мне так сказали, — ответил им ничего не понимающий Арнольд, — поехали в магазин, может она туда подалась…
Света же продолжала сидеть в кафе и впитывать в себя план Лехи по добычи денег. Она теперь считалась генеральным менеджером суперстар «Леха» и про себя рисовала розовые картины себя и певца в постели, в какой–нибудь шикарной квартире с видом на Гидропарк…
…Арнольд открыл приемную и они втроем отправились в кабинет руководителя. Все были сильно озадачены исчезновением Светы с порога тюрьмы в неизвестном направлении:
— Куда она могла слинять, — возмущалась Катя, — такое ощущение что либо кто–то специально… Стоп! — Катя уставилась на часы в приемной — что это такое?
— В смысле, — по началу не обратил внимания Арнольд.
— Во сколько ее должны были выпустить? — не унималась Катя.
— В десять, — буркнул из другого угла Булюкин.
— А сколько показывают наши часы?
— Двенадцать! Сейчас двенадцать часов! — не понимал логики Кати Арнольд.
— Смотри сам который сейчас час — показала Катя Арнольду его же наручные часы — мы купились на часы в приемной и на часы на компьютере, — часы Арнольда показывали час дня.
— Что за черт! Как такое возможно? — возмутился он.
— Не знаю, — подал голос Булюкин, — но мне это категорически не нравится!
— Кто перевел все часы? Мысли есть? И кому это было нужно? — кидалась вопросами в никуда Катя, — кому то надо было чтобы мы опоздали на час — и этому кому–то это удалось. Покажите мне эту сволочь и я его убью!
— Убьешь когда мы его отловим. А пока что, — сказал властно Арнольд, — давай ка часики на место установим, чтобы никого с толку не сбить.
— Я пас! — раздалось из угла от Булюкина, — меня ни одна стремянка не выдержит, и потом мне назад в тюрьму надо. К другой клиентке.
— Это которая якобы тетку в школе пристрелила, — осведомился Арнольд.
— Да. Так что часы устанавливайте сами.
Адвокат удалился, а влюбленные занялись часами. Оказалось, что злоумышленник перевел большие часы в приемной и все часы на компьютерах — ровно на час назад:
— Сволочь, — ворчала Катя, — перевел нас назад на зимнее время, как будто мы с него не уходили неделю назад.
— Кстати, Шерлок Холмс, — сказал ей Арнольд, — в твои планы не входит изменение должности?
— А ты что, задумал что–то? — полюбопытствовала Катя.
— Да, — улыбнулся он и поцеловал ее.
— Вместо того чтобы меня встречать они тут сидят и милуются, — раздался голос Светы. Она была невероятно возмущена. Собственно гнев ее был объясним и понятен, так как замечательный Леха заявил ей, что лучшие друзья и адвокат «оказались заняты и доверили право на встречу из тюрьмы восходящей звезде».
— А мы не виноваты, — игриво сказала Катя, — у нас с часами проблема.
Света посмотрела на нее холодно и произнесла:
— Я уже вижу. Арнольд, есть разговор.
— Поздно, — осадил ее Арнольд так же игриво, — пост заместителя по кадрам отходит Кате.
— Я не об этом, — осадила его Света, — пойдем в кабинет. Здесь ушей много лишних.
Катя чуть не упала от такого хамства, но промолчала, посчитав что с подругой просто ступор из–за истории с часами. Пройдя в кабинет Арнольд предложил Свете присесть. Как только они заняли свои позиции «менеджер суперзвезды» начала разговор:
— Я пришла к тебе по важному делу. Как я понимаю, ты теперь отвечаешь за все дела наследника дяди Стасика. Я бы хотела побеседовать с ним.
— Это невозможно, — ответил Арнольд, — его нет в городе. А каков повод?
— Если это невозможно, то я хотела бы получить у тебя ответ — будете ли вы дальше спонсировать продвижение Лехи в шоу–бизнес? Ведь это проект дяди Стасика.
— Ты серьезно думаешь что это нам нужно? — усмехнулся Арнольд, — а вот я — нет.
— Как это — нет? — изумилась Света. До этого момента ей казалось что не все еще потеряно. А вот теперь — полный крах и провал. Почти катастрофа!
— Очень просто. Без разрешения главного хозяина я не могу управлять такими вещами как меценатство. Тем более что в этом году у нас все благотворительные отчисления уже распланированы, — развел руками Арнольд, — так что ничем помочь не могу.
— Ах не можешь, — вскипела Света, — как был простым клерком так считал что можно дружить с секретаршами, а взлетел повыше — и ага — конец дружбе?
— Это не конец дружбе, не придумывай того, чего нет — просто я не могу делать то, за что потом могу схлопотать по башне.
— Ну тогда готовься к войне! Ты не помешаешь Лехе стать суперзвездой.
— Светик! — удивился ее словам Арнольд, — что за змея тебя укусила и ты вдруг бросилась на защиту этого мальчика? Он же посредственен и таланта у него — как в капле горчицы на ноже.
— Ты хочешь сказать, что он бездарен? — взвыла Света, — да как у тебя язык повернулся сказать такую гадость! Я никак от тебя такого не ожидала!
— Это я никак не мог себе представить, что ты поведешь себя таким образом, — ответил ей Арнольд и, не моргнув, добавил, — с завтрашнего дня ты уволена… Света вылетела из кабинета и бросилась к столу — собирать свои немногочисленные вещи. Катя с ужасом смотрела на ее манипуляции:
— Что ты делаешь? — спросила она Свету.
— Я ухожу. А точнее меня выкидывает из магазина твой любовник.
— О господи, что ты ему ляпнула? — в ужасе сказала Катя.
— Объявила ему войну, за то что он отказался помочь деньгами в раскрутке Лехи! — гордо провозгласила Света сваливая в сумку свои чашку, ложку и кипятильник, которым никогда не пользовалась.
— Из–за чего?
— Он утверждает, — отвлеклась от своих вещей Света, — что у него нет полномочий заниматься распределением меценатской помощи, пока новый хозяин не одобрит. Мол вся благотворительность до конца года распланирована!
— Но ведь она правда распланирована, — урезонила ее Катя, — ты же сама набивала приказ дяди Стасика…
— Ничего слышать не хочу, — взорвалась Света., — я найду способ добыть эти деньги. Даже если придется Арнольда подсидеть. Я найду нового хозяина!!! Света схватила пакет с вещами, подошла к вешалке, стянула свой плащ, пнула вешалку от чего та рухнула на пол:
— Еще увидимся, Катюша…
И удалилась. Катя опустилась на стул и задумалась — что же именно так изменило Свету. Что?
Булюкин прошел через пропускной пункт тюремной больницы и оказался в длинном сером коридоре, по бокам которого шли двери, каждая из которых открывалась вовнутрь. Из чрева подвесного 'армстронга' выглядывали плоские светильники тускло освещавшие коридор. Мрачное убранство целиком передавало отрицательную энергию помещения и выдавало полную несвободу его обитателей.
Все это время Вика оставалась здесь — адвокат постарался чтобы ее не вернули в тюрьму назад. Войдя в палату он в очередной раз ужаснулся как отразились эти месяцы на девушке. Волосы ее были похожи на ломкую солому. Под глазами светились синяки. Ногти, на которых когда–то был лучший маникюр в школе, были изгрызены и слоились. На одном из пальцев ноготь сходил уже вторую неделю, что доставляло Вике жуткие страдания. Булюкин присел на стул у постели и сказал:
— Ваша подруга вышла…
— Да, — смотря остекленевшими глазами в одну точку сказала Вика, — я осталась одна.
— Вы по прежнему намерены молчать?
— Да, — повторила Вика, — я не дам показаний против свекрови. Я никогда не увижу сына и все узнают что он незаконнорожденный бастард.